Холодные тени

– А она тебя точно ждала? – спросила Вероника, которой после ухода мамы Тимофея мгновенно стало лучше.

– Да, – сказал Тимофей, глядя на приоткрытую дверь дома. – Просто она считает, что я должен испытывать чувство вины, поэтому ведет себя так.

– Чувство вины за что?

– За то, что я лишил ее человека, которого она, в отличие от меня, любила.

Сказав это, Тимофей шагнул вперед и потянул Веронику за собой. А Вероника пыталась понять, что он имел в виду. Что мать не любила Тимофея, а любила этого человека? Или что она любила этого человека, а Тимофей – нет? А может, и то и другое сразу?.

14

Веронике выделили отдельную комнату. Она этому очень обрадовалась – можно закрыть дверь и отсечь от себя весь этот странный чужой мир. По крайней мере, до тех пор, пока желудок не придет в относительную норму. Однако Тимофей неожиданно взбрыкнул.

– Я ведь сообщил тебе, что мы с Вероникой живем вместе уже несколько лет, – сказал он маме.

Та уперла руки в бока.

– Вы женаты? – спросила она, не глядя на Веронику.

– Нет, но наши отношения подходят под определение гражданского брака.

– Об этом мы с тобой еще поговорим, – пообещала Елена Сергеевна. – А пока – я не собираюсь терпеть разврат в своем доме.

– Я тоже, – пробормотала Вероника, прислонившись плечом к стене, и тем самым добилась-таки внимания Елены Сергеевны. – Даже намека на разврат сейчас не вытерплю…

Наконец она осталась одна. Улеглась на кровать, закрыв глаза ладонью, и мгновенно вырубилась.

– Да? – дернулась Вероника.

– Это я.

– Заходи.

Дверь открылась, Тимофей прошел в комнату и уставился на Веронику.

– Как ты себя чувствуешь?

– Приемлемо, – пожала она плечами, сидя на кровати.

– Мама зовет обедать.

– Угу. – Вероника зевнула. – Сейчас.

– Потом придет Габриэла, начнем работать над делом. Я бы хотел управиться как можно скорее.

– Мне кажется, я не понравилась твоей маме, – осторожно сказала Вероника.

– Разумеется. Ты не понравилась ей задолго до того, как она тебя увидела, – согласился Тимофей.

– А она помнит, что я когда-то была вашей соседкой?

– Нет. И не нужно, чтобы вспомнила. Это – лишняя для нее информация.

– Слушай, я совсем запуталась, – призналась Вероника. – Что я должна делать, объясни? Попытаться с ней подружиться?

– Это невозможно, – сказал Тимофей.