Князь Барятинский 2. Императорская Академия

– Кто сказал, что у вас они есть?!

– Вы ничего не говорили и о том, что их нет. Дату начала военных действий вы не обозначили. Но, если судить по диспозиции, – я коснулся карты, – война идёт уже не первый месяц. Возможно, даже не первый год…

– Довольно, – оборвал Второй.

Взмахнул карандашом. Карта на экране погасла.

– Мы собрались здесь не для того, чтобы дискутировать с абитуриентами на вольные темы! Мнение комиссии однозначно: задача не решена. Ведь так, господа? – Второй повернулся к Первому и Третьему.

Парик Третьего ещё дымился. Первый старательно делал вид, что этого не замечает. Оба подобострастно закивали.

Второй обвёл коллег рукой:

– Как видите, наше мнение единодушно. Мы, разумеется, проверим вашу письменную работу. Но о том, что основной частью экзамена является решение тактической задачи вы, полагаю, знаете. Советую вам попытать счастья в другом учебном заведении, любезный Константин Александрович. Желаю успехов. Передавайте привет вашему драгоценному…

Он не договорил – обалдело уставился на меня.

В ту же секунду Второй, нелепо взмахнув руками, взлетел под потолок. И, крепко ударившись о него головой, повис на люстре.

Парик упал на пол, обнажив желтоватую лысину. Мантия распахнулась, явив на всеобщее обозрение голубые брюки в полоску. Из брючин торчали тощие голые щиколотки и ступни в носках, сбившихся в гармошку. Туфли Второй потерял во время полёта.

Он, кажется, не сразу понял, что произошло.

Я активировал Щит. Вовремя – в него ударил бешеный сноп искр.

– Довольно! – прогремел вдруг неизвестно откуда новый голос.

Я не мог позволить себе озираться – в поле зрения держал Второго. Но краем глаза заметил, что Первый и Третий повернулись в сторону висящего на стене экрана.

– Уберите Щит, юноша, – приказал голос. – И будьте любезны, верните уважаемого Иллариона Георгиевича на грешную землю.

– Не раньше, чем вы представитесь, – не оборачиваясь, буркнул я. – Терять мне, насколько понимаю, нечего.

– Ошибаетесь. – В голосе послышалась улыбка. – Представиться? Охотно. Василий Фёдорович Калиновский, государевой милостию действующий ректор сего достославного заведения. К вашим услугам.

Я, помедлив, повернулся к экрану на стене.

Изображение в очередной раз сменилось. Теперь с экрана на меня смотрел полный добродушный мужчина лет пятидесяти.