Гром гремит дважды. Гамбит

За спиной у меня была палка Вейжа. Вернее, две палки, которые при необходимости собирались в одну. Я носил её с собой скорее в качестве памяти об учителе, чем как реальное оружие. С пиджаком смотрелось, конечно, по-дурацки. Обычно я держал палку в руке или оставлял в машине. Но были и специальные «ножны», сделанные на заказ, для крепления за спиной, и их я использовал сейчас.

– Бросай-бросай, – улыбался блондин. – Таким, как мы, ни к чему оружие, верно?

Я медленно вытащил обе половинки и разжал пальцы. Половинки откатились недалеко, одна остановилась сама по себе, другая – чуть раньше, упершись в брошенный автомат.

– Что ж, самое время начать говорить, – сказал блондин. – Итак, вы пришли, чтобы купить жизнь важного мальчика. Давайте торговаться. Что вы готовы отдать за него? Этот мальчик важнее, например, завода – так ведь?

– Забирай, – сказал я, сверля блондина взглядом.

Тот, кажется, растерялся.

– Прости… Что ты сказал, способный мальчик? Не помню твоего имени.

– Ты не знаешь моего имени, Юшенг.

Юшенг моргал.

– Но, прости… Прости мне мою глупость, мальчик. Я не знаю, кто ты. Имеешь ли ты право говорить от лица клана Чжоу?

– А при чём тут клан Чжоу? – удивился я. – Клан Чжоу скажет сам за себя. Они не знают, что «важный мальчик» здесь, поэтому сдерживаться не будут.

Вдалеке послышался грохот – это на территорию завода вломился БТР, и тут же началась стрельба. Стрелял, судя по звукам, каждый квадратный метр завода.

– Так мальчик не столь важен, – прошептал он. – Какой кошмар… Нас заманили в ловушку. О, времена, о, нравы… Что ж, значит бессмысленный мальчик должен умереть.

Юн захрипел.

– Ты забыл про меня, – сказал я, и хватка Юшенга ослабла; он слушал. – Убить пацана – мгновение, а вот со мной этот номер не прокатит.

Судя по бегающим глазам, Юшенг лихорадочно думал, оценивая свои шансы. Судя по тому, как он себя вёл, это был полный психопат, который мог изобразить любую реакцию. Может, он лишь притворяется думающим, а сам уже всё решил и сейчас просто потешается мысленно, глядя на меня.

– Назови мне своё имя, способный мальчик, – попросил он. – Скажи, и я, быть может, послушаюсь тебя…

– Достал, – сказал я.