Гром гремит дважды. Турнир

Теперь, когда у меня появился пояс, как у всех борцов, прятать вещи стало намного проще, благодаря туго затянутому поясу, они не рисковали выпасть из-под ифу.

– Спасибо, – кивнул я и встал.

– Не за что, – с напускной грустью сказала Яню. – А мою медкарту ты посмотреть не захотел…

– А зачем? – пожал я плечами. – Если захочу что-то узнать – лучше ещё раз проведу полное обследование.

Яню бросила в меня ручкой, и я поспешил удалиться. Как раз вовремя.

– Лей! – оглушил меня крик Ронга сразу же, как я вышел во двор.

 – Только за тобой бежать хотели! Ты едешь, или как?

Ворота были открыты, борцы шли к автобусу. Я махнул рукой Ронгу и побежал вперёд, сквозь толпу учеников, ловя на себе завистливые взгляды.

Глава 2. Бумажная свобода

Обычно рядом с Бохаем садился Джиан, но сегодня я, едва догнав борцов у самого автобуса, его опередил.

– Это моё место, – сообщил Джиан, нависнув надо мной.

– Буду его беречь, – кивнул я и повернулся к Бохаю: – Есть разговор.

Бохай окинул меня заинтересованным взглядом. Я буквально почувствовал, как он тянет ко мне свои ментальные щупальца, старается опутать ими, потащить на дно. Дерзкий новичок обращается за помощью, ведь наверняка же за помощью! Из этой ситуации нужно выдавить всё, что возможно и невозможно.

– Всё нормально, Джиан, – сказал Бохай. – Мы поговорим.

Джиан молча прошёл дальше по салону. Хромать после нашего поединка он давно перестал, коленную чашечку ему вернули на место в первый же день, а на следующий выгнали из лечебницы.

Лицо тоже зажило после того, как Вейж макнул Джиана в кипяток. Остались лишь уродливые шрамы. На мой взгляд, Джиан от них стал выглядеть только брутальнее и внушительнее. Сам он, похоже, так не считал.

– Что за разговор? – спросил Бохай, когда воспитатели нас пересчитали, остались довольны и автобус тронулся.

Я, убедившись, что лишних глаз и ушей поблизости нет, достал из-под ифу свёрток и молча протянул его Бохаю, глядя в другую сторону.

Бохай молча взял, развернул, хмыкнул. Когда я повернул голову, свёрток уже исчез.

– Мало, – сказал Бохай.

– А ну, ещё раз? – попросил я.

– Помнится, я говорил, что ты должен пятьдесят. И ты не отдавал проценты уже о-очень…

– Помнится, – перебил я, – вы, ребята, тогда зарвались – дальше некуда. Ляпнул про долг – вывезти за свои слова не сумел. Почти полгода прошло, вместе живём, вместе тренируемся – молчал.