Гром гремит дважды. Турнир

Не из борцов – из тех отморозков, что явились по душу Джиана. Впрочем, мои новые соратники слово «облава» тоже знали не понаслышке.

Я, хоть и старался ни с кем близко не сходиться, не мог не слышать обрывки разговоров – а своё прошлое борцы вспоминали частенько. Судя по тому, что долетало до меня, мало кто из парней мог похвастаться счастливым детством. Чьи-то истории были похожи на историю Ниу, кто-то жил среди бродяг с самого рождения и другой жизни вообще не помнил – но, так или иначе, законы улицы все они знали назубок.

Из прошлой жизни я помнил, что это – самая правильная тактика. Всех попрошаек не переловишь, и полиция прекрасно отдаёт себе в этом отчёт. При облаве – если только это не прицельная охота на кого-то конкретного – полицейские просто идут широким бреднем, и части бродяг при этом удаётся ускользнуть.

Вооружённый навыками прошлой жизни, в которой мне самому не раз приходилось организовывать облавы, я мог бы убежать. Но рассудил, что смысла в этом нет. Бежать мне было некуда и незачем – всё равно пришлось бы вернуться сюда, к автобусу. Я пометался для виду, после чего позволил заломить себе руки и уронить лицом в асфальт.

Облава разворачивалась у меня на глазах. И я довольно быстро с изумлением понял, что в первую очередь полицейские целенаправленно хватают парней в разноцветных ифу.

Парни особо не сопротивлялись. Хотя у меня было время оценить уровень их подготовки, и я догадывался, что один на один каждый из борцов справится с любым из местных копов – несмотря на то, что последние вооружены дубинками и пистолетами. Вступит в бой по-серьёзному – отберёт и то и другое, а дальше у кого оружие – тот и прав. Двадцать подготовленных борцов против полувзвода полусонных мордоворотов – результат, как по мне, предсказуем.

Но ни один из борцов не попытался сопротивляться.

Поначалу, на горячке, полицейским прилетало. Некоторым – довольно жёстко, я видел, как коп, которого швырнул через себя Бохай, шмякнулся затылком о ближайшую машину. А сразу после этого увидел, как Бохай, оглянувшись по сторонам и, видимо, опомнившись, подскочил к полицейскому. Помог подняться и подставил руки под браслеты. Так же, посмотрев на вожака, поступали и другие парни. Молча, угрюмо позволяли нацепить на себя наручники.