День, который никогда не придёт

Голос донёсся до меня из соседнего помещения, и мне показалось, что я ослышался.

– Вы что-то сказали, миссис Роух?

Закрыв воду, я пошёл со стаканом обратно. Вдова смотрела мне в глаза. Протянула руку и забрала мою ношу.

– Вы слышали. У Бернарда появилась женщина.

– Он вам сказал?

Миссис Роух фыркнула, не успев оторваться от стакана, и немного воды расплескалось по сторонам.

– Извините, – прошептала она и вытерла рот ладонью. – «Сказал»… Кто бы додумался сказать о таком? Разумеется, он молчал. Я сама догадалась.

– Что навело вас на такие мысли?

– Поведение. Я почувствовала, как превратилась из любимой жены в назойливую мамашу, которую нужно задурить, чтобы сбежать к той, которая ждёт в ночи. Запах…

– Духи? – предположил я.

– Нет, духов не было, – качнула головой миссис Роух. – Но чужой запах сразу различишь. Ведь привыкаешь к запаху любимого человека. Так, детектив Пиньоль?

Я вздрогнул:

– Что?

– Кольцо, – кивнула вдова мне на руку. – Вы женаты. Полагаю, вы знаете, что такое запах любимого человека.

Сердце заколотилось так часто, что в глазах потемнело.

– Что-то не так, детектив? Кажется, теперь вам не помешает стакан воды.

– Б… благодарю вас.

Я схватил стакан левой рукой, обручальное кольцо звякнуло о стеклянную стенку. Потом о стекло застучали зубы.

– Пару недель это длилось точно, – говорила миссис Роух. – Возможно, дольше. Я её не видела, но знала, что она есть. Она и сейчас есть. Я её чую здесь, в этом городе. Она живёт. Она, наверное, гордится, что Бернард любил её.

– Простите, – перебил я, – взгляните, пожалуйста, на этот снимок. Вы не узнаёте женщину?

Я достал фото из внутреннего кармана и показал вдове. Рука дрожала, снимок трясся. Миссис Роух забрала его и вгляделась в изображение.

– Велианка, – сказала она. – Не знаю… Все они на одно лицо. Здесь, в городе, их с десяток. Почему вы спрашиваете?

– Эту фотографию мы нашли среди вещей Бернарда.

Вдова смотрела на меня с недоумением.

– Возможно, эта женщина и есть та самая ваша соперница, – постарался я как можно более обтекаемо выразить мысль.

– Что? Велианка?! – воскликнула миссис Роух и отбросила снимок. – Да вы с ума сошли! Мой Бернард не стал бы спариваться с этими… обезьянами!

Ярость вернулась, лицо миссис Роух покраснело.

– Бернард был религиозен? – спросил я, наклонившись, чтобы поднять снимок.

– Нет! – рявкнула вдова.