Ведун

И эта востребованность держит меня на плаву, заставляет цепляться за жизнь и не дает скатиться в пропасть отчаяния и покончить жизнь самоубийством. Так что если бы не всемирная паутина, то без близких людей и поддержки я бы давно загнулся.

Ладно, к чертям собачьим печальные мысли. Надо возвращаться к делу.

Было, я вновь сосредоточился на работе, аналитической записке по экстремистским организациям России и ближнего зарубежья, которая войдет в развернутый доклад для Самого. Но лишь только я набил первую страничку, как в мою комнату вошла нянечка в белом халате, молодая пухленькая брюнетка Катенька, которая улыбнулась и сказала:

– Вадим Андреевич, а к вам гость.

– И кто? – я прервался и обернулся к девушке.

– Иван Иваныч.

Исключительно по имени отчеству, старожилы и работники этого заведения называли только одного человека, полковника ФСБ Лаврова. Старого чекиста с большими связями, который раньше был куратором нашего дома инвалидов, а примерно год назад ушел в отставку и стал работником службы безопасности у одного из новоявленных российских олигархов Вениамина Павелецкого.

Кстати сказать, именно Лавров в свое время определил меня сюда, а когда я выл от тоски и мечтал о смерти, часто беседовал со мной и объяснял, что самоубийство это грех. В общем, на мой взгляд, он неплохой человек. С хитрецой, не без этого, но в целом нормальный и адекватный офицер старой закалки.

– Он ждет меня внизу? – задал я вопрос.

– Нет. Хочет к вам подняться, и попросил узнать, не спите ли вы.

– Не сплю. Пусть заходит. Буду рад его увидеть.

– Хорошо.

Катенька выскочила за дверь, а спустя пару минут появился Иван Иваныч Лавров, худой мужчина пятидесяти лет с бледным лицом в темно-сером костюме. Видимо, дела у отставника шли неплохо, так как его пиджачок стоил минимум пятьсот-шестьсот евро, а рядовой охранник тратить такие средства на одежду не станет. Плюс к этому хорошие часы на руке, настоящая Швейцария, если я не ошибаюсь, и туфельки очень даже ничего, дорогие, чистые и не стоптанные, а значит, он приехал на автомашине с водителем.

Опять же парфюм хороший, а ногтями явно занимался профессионал из салона красоты.

– Здравствуй, Иван Иваныч, – слегка улыбнувшись и скрипнув суставами, я привстал, и сделал шаг навстречу гостю. – Гляжу, жизнь у тебя удалась?

– Да ничего так, – усмехнулся Лавров и пожал мою ладонь. – Грех жаловаться Вадим. Здравствуй. Садись. Я ведь знаю, что тебе стоять тяжело.