Тропы Трояна

А когда смог оглядеться, то обнаружил, что с тыла валун, а я нахожусь в сухом подвале, в коем не так давно были люди, ибо на стоящих вдоль стен бочонках находилась еще теплая свеча, а в воздухе витала смесь из запахов пота, воска и пыли. В общем, помещение рабочее. Но вот вопрос. А где оно находится? Пока не добудешь языка и не присмотришься к обстановке, не разберешься. Поэтому, поднявшись по узкой лесенке, я толкнулся в широкий лаз под потолком.

– Дух-х! – крышка дернулась, но не поднялась, ибо наверху был прочный запор.

Ладно. Спустился вниз и приступил к осмотру. Бочки, как правило, стандартные, примерно по пятьдесят литров каждая, и в них было залито какое-то душистое масло и расплавленный говяжий жир. Значит, это хозяйственное помещение. Однако ответа на мой вопрос, где же я нахожусь, как не было, так и нет. И тогда я решил в щель между крышкой лаза и полом выпустить живойта, дабы он осмотрелся. Только сделать это не успел.

Наверху заговорили люди. Поэтому я замер без движения и прислушался к их разговору.

– Ты точно слышал шум? – спросил мужик, судя по густому басу, тучный человек в возрасте и с одышкой.

– Да-да, – ответил ему молодой и звонкий голосок. – Крышка лаза сильно дернулась. Наверное, это черт.

– Один раз крышка вздрогнула?

– Да.

– А точно в подвале больше никого не было, когда ты уходил?

– Вроде бы никого за спиной не оставил. Масло взял, как отец Никодим велел, запор накинул и выскочил. Но темно ведь было и страшно.

Молчание, а затем удар по люку и тот, кого молодой называл отцом Николаем, воскликнул:

– Кто ты!? Именем Господа, отвечай! Сатана!?

«Кажется, я где-то в монастыре, – подумал я.

 – Но это и не удивительно. Ведь уже отмечал, что точки перехода, как и любые иные точки силы и намоленные места, привлекательны для постройки храмов. Ну, а коли так, то надо или уходить, или хитрить и добывать информацию. Пока опасности нет, значит, следует разобраться, где я и что со мной. Опять же не факт, что портал сработает. Вдруг, он по какому-то графику включается? Я ведь этого пока не знаю».

– Это я, Иван.

Мой голос был глух и неразборчив. Имя назвал самое распространенное и если храм, куда меня выкинуло, большой, наверняка, в нем отыщется парочка Иванов.

– А что ты там делаешь? – священнослужитель, эмоции которого я смог уловить, несколько расслабился.

– За маслом спустился, а потом меня случайно закрыли. Крикнул вслед, да меня не услышали, охрип, что ли.