Развилка

Противник никак не мог собраться. Нам это на руку и, закидав вражеские землянки гранатами, казаки рассекли группировку красноармейцев на части и приступили к их планомерному уничтожению. Бой был жаркий, но десантники не выдержали и вскоре стали сдаваться.

К одиннадцати часам утра все было кончено и, собрав трофеи, мы оттянулись обратно в Полесье. Здесь узнали, что другие отряды противника тоже разбиты. Опасаться больше некого, и мы устроили привал.

В расположение полка вернулись затемно. Хотелось только одного – спать.

Однако перед отбоем нас построили на плацу, и была зачитана общая сводка по боевым действиям полка в первом бою.

Потери советских десантников: убитых – 155, раненых – 350, пленных – 240. Трофеи богатые: станковых пулеметов – 9, ручных пулеметов – 20, винтовок и карабинов – 350, автоматов – 380, ротных минометов – 21, полевых телеграфов – 5, радиостанций – 1, крестьянских телег – 15, лошадей – 28, немецкого обмундирования – 110 комплектов. Из-под ареста освобождено 160 человек.

В основном мужчины от 17 до 45 лет, которых десантники насильно мобилизовали или задержали за сотрудничество с немцами.

Что касательно наших потерь, они тоже были. Полк потерял 30 человек убитыми и 65 ранеными. И среди тех, кто погиб, оказался вахмистр Силаев. Он получил свою пулю в самом конце боя, приподнялся, когда наступило затишье, и его подстрелили. Судьба… От нее не уйдешь…

Казалось бы, можно расходиться. Однако нас ожидала еще одна новость – сломив ожесточенное сопротивление Красной армии, в течение дня немецкие штурмовые группы продолжали бои за центр Москвы и сегодня водрузили знамя над Кремлем.

Точнее, над развалинами, которые от него остались после многочисленных боев, штурмов, бомбардировок и обстрелов.

Немцы, которые были в нашем полку, радовались. А нам, сказать по совести, было все равно. Плевать!

Когда казаков распустили, и мы вернулись в казарму, меня позвал Тихонов. Я собрался доложить ему по уставу – прибыл такой-то такой, но он дал знак, что можно обойтись без этого.

После чего спросил:

– Погиба, взвод потянешь?

– Потяну, – ответил я. – Только я молодой еще. Как казаки – примут или нет?

– Насчет этого не думай. Ты для них свой, я это знаю, и в бою тебя видели. Труса не праздновал, себя показал. С этого момента ты взводный. В помощь тебе дам урядника из «старых».

Из «старых» это хорошо. Значит, человек прошел Гражданскую войну. Взвод не для него, но порядок в подразделении будет.