Несколько подарков с пометкой «Для Золушки»

Конечно, мне хотелось завести друзей, общаться с одноклассниками, ходить с ними в кино и торговые центры, но, зачем, если мы рано или поздно переедем в другой город?

– Эля, давай быстрее! Мы можем опоздать!

Мама носилась, как ненормальная по всему первому этажу, но уже к этому времени она прилично выглядела. Если бы сняла бигуди и надела капроновые чулки до конца, то можно было бы сказать, что она готова. Сейчас он шаркала ногами по полу, в страхе навернуться, наступив на сползший чулок.

Я кинула рюкзак на пол рядом с кухонной стойкой и налила себе кофе.

– Проспавшим гейшам доброе утро!

– Ни капли не смешно! – мама села за стойку напротив меня и распаковала тушь, – Давай быстрее! Мы опаздываем!

– Зачем тебе краситься, если твои визажисты смоют все это и нанесут слой штукатурки сами?

– Потому что примета такая: выйдешь не накрашенная – встретишь всех знакомых!

– Ма, каких знакомых? Мы здесь и месяца не прожили!

– Ну, это ты ни с кем не знакомишься, а я очень даже.

Я прищурилась и присмотрелась к её макияжу:

– Ты левый глаз специально не докрасила или это новый стиль?

Мама присмотрелась в зеркало и рванула в ванную, припоминая Ежкиного кота и чью-то маму. Я продолжила:

– Тем более мне торопиться некуда. У меня уроки начинаются с половины девятого.

Я пересела за кухонный стол, и стала цедить кофе маленькими глоточками, пялясь в окно.

– В таком случае, поедешь в школьном автобусе… – и мама зло улыбнулась, выглядывая из ванной.

Я подавилась бутербродом. Откашляв злосчастный кусочек белого хлеба, я сделала вид, что ничего не слышала, и подперла подбородок рукой. Но сама мысль, что я поеду в наземном транспорте, нагоняла на меня страх.

– Так и знала. Мам, ты меня так напугала! Сейчас поседею от испуга. Где мои подгузники? Да сними ты бигуди! Ты в них на бабуську похожа!

– Не иронизируй! У тебя это никогда не получалось.

– Ага. Пока, мам. Удачного рабочего дня! Бигуди сними до конца!

Последнюю фразу мама не услышала.

Я повернула голову в сторону. Невольно мой взгляд упал на бедного питомца. Эта наглая морда была настолько жалостлива, что мне хотелось отдать ему всё, до последней сосиски.