Граф Мечников

Но это тоже надоедает и приедается, так что теперь с утра ухожу, и по лесу вдоль берега брожу, а как время к вечеру, рыбы наловлю, и на покой. А Иринка со Светкой этого не видят.

– Не скажи, мудрые женщины все подмечают и понимают, а рядом с нами именно такие. Другое дело, что они этого не показывают или тешат себя иллюзиями. – Помедлив, я спросил: – А чем ты недоволен? Сам ведь о такой жизни мечтал. Я помню, как ты много про усталость говорил, подступающую старость и про спокойную жизнь в домике у моря.

Ведь было такое?

– Было. Но прошло какое-то время, я отдохнул, и теперь снова к боям и походам готов.

– Какие походы, дядя Коля? Без обид, но ты на себя посмотри. Седой инвалид с одной рукой.

– Но-но, зятек. Я еще в силе, и не одного молодого наглого бычка, вроде тебя, обломать смогу. Даже с одной рукой.

Взгляд Бурова прошелся по мне, и глаза его полыхнули такой неукротимой энергией, что становилось понятно, списывать старика со счетов рано, и он может еще таких дел наворотить, что любой вольный командир Причерноморья и Кавказа ему завидовать будет.

Но я ему этого не сказал, а кивнул на бумагу в кармане горки, которую Кара читал перед моим приходом, и спросил:

– Что это?

– Письмо из Дебальцево.

– От Остапа-одессита?

– Да.

– И что твой верный приспешник пишет?

Кара прищурил глаза, посмотрел на ласковое полуденное солнышко, широко, словно сытый кот, улыбнулся и, с какой-то мечтательностью в голосе, сказал:

– Зовет меня очередной поход на Харьков возглавить.

– Одного мало было?

Я демонстративно сосредоточил взгляд на пустом левом рукаве стариковской горки, который был по локоть подшит внутрь.

– Мало. Мне с этими сатанистами посчитаться надо, а сейчас, после того, как ваши войска их под Воронежем и Луганском потрепали, да крестоносцы под Грайвороном резню учинили, для этого самое время. Вот и зовет меня Остап. У него влияния не хватает, чтобы вольнонаемную братву на битву поднять, а я личность известная.

К тому же ваши генералы мне обязаны, а значит, с оружием помогут. Внуков Зари все равно когда-нибудь добивать придется, так лучше сейчас, пока они ослаблены и не успели восстановиться.

– Значит, ты уже все решил?

Тесть мотнул подбородком.

– Решил.

– И когда отбываешь?

– Через две недели. Ответ Остапу уже отправлен, посланцы к вольным отрядам Причерноморья разосланы, мой клич разнесется быстро, и уже в августе месяце, мы перейдем в наступление.