Русские своих не бросают. Четвертая книга о Серой Мышке

Мышка тут же чуть нахмурила понарошку брови и кивнула на водительское сиденье:

– Тебе что командир приказал? Везти меня в госпиталь? Вот и вези!

– Есть! – сержант умудрился встать здесь в стойке смирно; немного кривой конечно, но вызвавшей одобрительную улыбку Натальи, – а в какой?

Его лицо, и даже вся фигура, сейчас ловко перемахнувшая через спинку сиденья и умащиваяся на нем, сейчас словно кричала: «Любой приказ готов выполнить, товарищ старший лейтенант, но только – ваш!». Он словно разом помолодел сейчас, превратившись в того ловкого, хоть и крупного уже паренька – одного из тех, на кого Наталья могла во всем положиться там, в афганских горах.

– А, пожалуй, и сейчас, – поняла она, лихорадочно соображая, какую помощь она может и хочет получить от этого спецназовца, готового забыть ради нее, ради воспоминаний о далекой молодости и о присяге, и о… Нет! Ты мне, конечно, поможешь, Леша. Но ничего нарушать я тебя не заставлю.

Она, теперь тоже практически израильтянка, о медицинской стороне еврейской жизни знала очень мало.

Не приходилось обращаться ни разу. За исключением рождения Коленьки, конечно. Этот адрес она и назвала, имея в виду прежде всего то обстоятельство, что оттуда легко доберется до дома.

– До Тель-Авива подбросишь, Леша? Есть там такой госпиталь «Ихилов».

– Знаю, – обрадовался сержант, поворачивая ключ в замке зажигания, – там министерство обороны недалеко, так я туда…

– Вот и хорошо, – остановила его Наталья, – выруливай, и начинай рассказывать, как ты до такой жизни докатился.

Леша не обиделся; напротив – разулыбался теперь уже совсем широко. Вспомнил эту присказку, которая в разведвзводе звучала очень часто. А потом действительно разговорился, неожиданно для себя вспоминая такие незначительные подробности последнего десятилетия своей жизни, что сам удивлялся просветлению собственной памяти. Автомобиль, судя по всему, имел право нарушать скоростной режим. Пару раз, правда, сержант нажал на клаксон, выпустив наружу какой-то противный скрежещущий сигнал, от которого прицепившиеся автомобили местной инспекции безопасности на дорогах тут же отстали.

«Форд» уже поглотил колесами семьдесят километров, что отделяли историческую столицу Израиля от финансовой, когда сержант спохватился, и повернулся назад, с виноватым вопросом:

– А вы-то как, товарищ старший лейтенант? Где вы все эти годы… Мы тогда с ребятами хотели вас с гауптвахты выкрасть, да не успели – всех по разным частям за полчаса раскидали.