Дома мы не нужны. последняя битва спящего бога

Всю дорогу до центрального участка молчал даже Толик Никитин; увидев же границу, отделявшую сосновый лес от последнего прибежища ос, парень только протяжно просвистел. Удивляться было чему – впереди на километры простилалось зеркало воды. Спокойная в безветренную погоду, она была на удивление прозрачной, так что в глубине можно было разглядеть даже мелкие камни; там же покоились следы неведомой цивилизации – обломки амфор, других предметов непонятного назначения. Донного течения тоже не было, поэтому тела людей в металлических доспехах тоже были недвижимы.

Разведчики на эту жуткую подводную обитель мертвых обращали внимание лишь до того, как прозвучал громкий возглас Анатолия: «Ух ты!». Но и без этого возгласа все уставились на башню, нависшую над водой примерно в километре от берега, где столпились разведчики.

– Маяк, – зачарованно прошептал профессор, – Александрийский маяк…

Его руки сами нырнули в рюкзак за ноутбуком; открыли крышку и судорожно застучали пальцами по клавиатуре, в то время, как командир весьма логично заметил:

– Раз это маяк, значит он должен стоять на берегу. Так что едем вокруг озера, или моря – какая разница, что это было раньше…

– Это было Средиземное море, – нашел наконец нужную страницу в Википедии Алексей Александрович, – а сам маяк стоял на острове Фарос.

– Так мы сегодня до него не доберемся, – разочарованно протянул Никитин.

– Погоди расстраиваться, – остановил его Кудрявцев, заводя «Эксплорер», – надо проверить – может часть острова попала сюда так, что задела краем осиные земли.

– Ну тогда ищем, – скомандовал на этот раз профессор, весь погруженный в светящийся экран, – а я пока немного расскажу об этом чуде.

Александрийский маяк, построен всего за пять лет в городе, который в триста тридцать втором году до нашей эры основал Александр Великий… мы больше знаем его как Македонского. А построил египетский царь Птолемей второй. Общая высота маяка почти сто сорок метров (Никитин присвистнул). Первый, прямоугольный ярус из блоков – высотой шестьдесят метров; второй, облицованный белым мрамором – восьмигранный. Его высота – сорок метров.