Понять пророка

Присев на корточки около входа в караульное помещение, молодой человек прислонился спиной к стене и принялся осматривать ближайшую карету, пытаясь представить, кого и что в этот ранний час погнало прочь из города… За плотными занавесками на дверцах не было видно ни пассажиров, ни их скарба, и вскоре ему пришлось переключить внимание на уличного торговца, выбежавшего с тележкой из-за покосившегося домика неподалеку и явно собравшегося открыть торговлю прямо у ворот. Заинтересованно проследив за тем, как мужичок раскладывает товары на споро собранной деревянной витрине, Арти вдруг сообразил, что не завтракал, и, встав, направился в сторону аппетитно выглядевших пирожков…

– Подходи! Налетай! Пирожки с мясом! Сыром! Капустой! Яблоками! С пылу с жару!!! – взвыл торговец, не успев толком развернуться.

– Два с мясом, один с сыром и один с яблоком! – протягивая мужику медную десятку, произнес дэ Коннэ. – А попить есть что?

– Фляги с вином нового урожая… Есть с компотом, с водой… Что вам будет угодно?

– Компот из чего? – решив, что для вина несколько рановато, поинтересовался Арти.

– Угу! – протянув покупателю две монетки сдачи, торговец выхватил из повозки небольшую флягу, а потом приоткрыл огромные чугунные кастрюли, из которых пахнуло таким вкусным запахом, что у голодного мужчины рот мгновенно наполнился слюной.

– Сдачи не надо… Лучше дай мне какую-нибудь тряпку, чтобы потом вытереть руки…

– Эй, смерд! Чем кормишь? – хохотнул голос за спиной, и рядом с дэ Коннэ возникла морда коня.

– Никак нет, господин! – смиренно кланяясь, учтиво ответил торговец. – Свинина, оленина, ягнятина… Что вам будет угодно?

– Подвинься, ты, морда… – взвыло над ухом… – Что, ослеп?

– Это вы МНЕ? – повернувшись к всаднику всем телом, холодно поинтересовался Арти, положив руку на рукоять сабли и слегка приподняв одну бровь.

– М-м-мать Обелия!!! – придушенно выдавил дворянин и, неловко дернувшись в седле, с грохотом упал на дорогу… – Нет, конечно же, не вам, граф!!! Как вы могли такое подумать? – пытаясь дотянуться до отлетевшей в сторону шляпы и одновременно встать на четвереньки, пробормотал кривлявшийся от боли в отбитой спине всадник.