Дорога к искуплению

Раздевшись, Лореэль осторожно вошла в воды озера Слез, священного, для эльфов, купание в котором, всегда благотворно сказывалось на ее душевном состоянии.

Короткое северное лето незаметно подходило к концу. В преддверии приближающихся морозов, природа, погружаясь в сон, постепенно затихала. Бэрвин сидел на крыльце дома, отец и дядя Чексид, снова были в отъезде на большую землю. Он ощутил легкий зуд, дворф поскреб небритую щеку. Обычно шрамы чесались к морозу, знать в ближайшие дни ударят холода. Скоро вернется отец.

С того злополучного похода к Звездному пику, прошло два года. Сорвавшись со второй ступени скалы, Бэрвин не убился насмерть, но здорово расшибся. Он переломал себе несколько ребер, обе ноги и левую руку, а так же о камни прилично ободрал лицо, особенно его правую половину. Оттуда его на своих плечах, вынес Хагард. Он нес его до самого форта капитана Мэтсона, где дворфу оказали первую помощь. Бэрвин выжил, кости давно срослись, раны на лице зажили, превратившись в грубые шрамы, которые сейчас скрывались под бородой, разросшейся у него уже, как у взрослого мужчины.

Их дружба с Хагардом, после того похода, как-то незаметно сошла на нет. Они не ругались и вообще даже никогда не вспоминали и не обсуждали то путешествие. Бэрвин в душе был благодарен другу, за то, что тот не бросил его там израненного на первой ступени и вынес оттуда, просто так получилось. Каждый раз, старые приятели, встречая друг друга, невольно возвращались мыслями к тому походу, и они невольно старались, ведется все реже.

Бэрвин сидел на крыльце и щурился на солнце, которое, видимо, решив напоследок побаловать северную землю своим теплом, сегодня было особенно ярким. На дороге показался какой-то путник, его походка показалась дворфу знакомой. Приглядевшись, он узнал гнолла, дядю Чексида. Да, это действительно был он, он уже различал черные крупные пятна на его желтой шерсти и уши, похожие на собачьи, точнее на уши гиены.

Отец и дядя вернулись раньше обычного, но разве это имело значение, дворф радостно вскочил на ноги. Вернулись и хорошо, вернулись и отлично.

Чексид вошел во двор.

– Дядя! – дворф бросился к нему. – А где отец?

– Привет парень, – гнолл обнял его, как показалось Бэрвину крепче обычного.

– Отец в гавани задержался? – нетерпеливо спросил дворф.