Дорога к искуплению

Как можно надежнее вонзив шипы башмаков в склон, Хагард намотал ее на запястья, и что есть силы, рванул наверх.

Дальнейшее произошло мгновенно, но для Хагарда все это было наоборот, словно время замедлилось. Сначала он услышал легкий хлопок, и тут же натяжение пропало. Его отбросило к стене, вдавив в скалу, в это же мгновение над уступом мелькнула рука дворфа. Веревка лопнула, но Бэрвин успел зацепиться пальцами за уступ, Хагард склонился, чтоб помочь ему взобраться, но лишь коснулся своей рукой, руки Бэрвина, как пальцы у того разжались и дворф полетел вниз.

Хагард смотрел вниз окаменевшим взглядом, он видел, как дворф пролетел в свободном падении метров двадцать, потом ударился о скалу, где склон становился уже не отвесным, а более пологим. Северянин даже разглядел, что дворф еще пытается что-то сделать, как-то затормозить падение, как он размахивает руками, пытаясь за что-нибудь зацепиться, как бьется о скалу, отскакивает от нее и снова бьется. И затем он прекратил сопротивляться, дальше его падение уже стало каким-то неестественным или скорее наоборот, естественным, словно кто-то просто сбросил мешок картошки с большой высоты.

Дворф упал на первую ступень звездного пика и лежал без движения.

Все это заняло не более пары секунд, но Хагарду они показались вечностью. За это время его друг успел пролететь порядка шестидесяти-семидесяти метров, и теперь, черным пятном на белом снегу, лежал внизу, без движения.

Хагарда прошиб холодный пот, он стоял на скале и не мог пошевелиться, он ничего не видел и не слышал.

Оцепенение продлилось несколько минут, за это время он успел вспомнить многое, и как они познакомились с Бэрвином, и как вместе весело проводили время, и как собрались в этот проклятый поход. И на кой им понадобилось это перо? Что им проку от оружия драконоборцев? Уже и драконов-то тысячу лет никто не видел, как и самих драконоборцев. Что вообще за глупая легенда? Сидели бы себе в Жеринке, веселились бы, пока все взрослые в отъезде, нет же, поперлись, бог знает, куда и зачем.

Внезапно оцепенение прошло, в уши ударил резкий звук завывающего ветра, взгляд прояснился и Хагард сквозь вьюгу сумел разглядеть смутное черное пятно внизу. Готовясь к худшему, ежесекундно рискуя и сам сорваться вниз, северянин начал быстро спускаться. Глаза его застилали слезы, руки, сделавшись ватными, плохо слушались, но он лишь крепче сжимал зубы, спеша вниз, туда, где лежало тело его друга, осторожно надеясь, что тот все еще может быть жив.