Оплот веры

Тогда она ей запомнилась, как женщина бесстрастная, с жестким лицом и холодными глазами, от взгляда которой у Джет тогда пробежал холодок по коже, и захотелось сразу куда-нибудь спрятаться. Сейчас от той властной и холодной правительницы не осталось и следа. Это была немного осунувшаяся, заметно постаревшая и усталая женщина. Возможно, события последних месяцев наложили на ее лицо и фигуру свой отпечаток.

– Я надеялась, что Валькирия пришлет своих лучших воинов, – оглядев амазонок, печально вздохнула верховная жрица, ни к кому персонально не обращаясь.

– Мы и есть лучшие, – Джет и бровью не повела, замечание высказанное Немезидой, касательно ее отряда, ее будто и не задело.

Верховная жрица внимательно осмотрела дерзкую амазонку, заговорившую с ней.

– Приветствую тебя Джет Каст, – после паузы холодно произнесла служительница храма.

Рыжая в ответ почтительно склонила голову. То, что Немезида знает, как ее зовут, она оставила без внимания. Ни ледяной тон, ни холодный взгляд, сейчас не производили такого впечатления на нее, как в детстве.

Амазонка не испытывала трепета перед верховной жрицей, не было и страха. Перед ней стояла пожилая уставшая женщина, чем-то напомнившая ей собственную мать, с морщинками в уголках глаз, темными кругами под ними, резко очерченными скулами и сухими потрескавшимися губами. Глаза все еще сохраняли свой холодный блеск, но, то была лишь бледная тень былого величия. Джет поймала себя на мысли, что она не испытывает никакого почтения и тем более слепого поклонения к Немезиде, лишь немного уважения.

– Ты стала взрослой Джет. Сейчас ты очень напоминаешь свою мать, даже, несмотря на то, что ты выбрала для себя другой жизненный путь, – уже мягче, продолжила жрица.

Зелия Каст, мать Джет, была жрицей храма. Прошлой осенью ее поразила неизвестная болезнь, быстро забирающая ее жизненные силы. Несмотря на все старания служительниц храма, пытавшихся излечить Зелию, она умерла.

Рыжая, чуть склонив голову набок, внимательно слушала верховную жрицу, ожидая, что последует далее. Суть задания амазонок в храме пока оставалась неясной.

Немезида, прежде чем продолжить, осмотрела всех присутствующих в комнате, подолгу задерживая взгляд на каждом.

– Древняя реликвия нашего народа! – произнесла верховная жрица, снимая с головы золотой обруч с вплавленными в него темно-зелеными камнями, который она носила, как корону.