Враг моего врага

Пара вчерашних знакомых с интересом рассматривали высокого, холеного, черного как смоль жеребца без единого светлого пятнышка на всем корпусе. Один из них подозвал к себе конюха, скоблящего чьего-то коня в соседнем стойле, и спросил, кто приехал на таком прекрасном коне. Конюх показал пальцем вверх, и я удивленно уставился на своего соседа. Тот спал, разбросав руки в стороны, накрытый плащом с головой. Увидев, что воин направился к лестнице, я толкнул Винни в бок. Тот завозился спросонья, потом приподнялся на локте и вопросительно взглянул на меня.

– Там вчерашние воины заинтересовались твоим жеребцом. Один из них лезет сюда. Честно говоря, его лицо особого доверия не внушает.

Винни нахмурился. Он отряхнул солому с одежды, прицепил меч к перевязи и полез к лестнице, чуть не наткнувшись на лицо воина, влезшего на лестницу.

– Это твой конь там внизу? – спросил он.

– Да, мой! – ответил Винни.

– Не маловат ли ты для таких коней? – неприятно ухмыльнулся тот, картинно поигрывая плетью, зажатой в руке.

 – И сколько он стоит?

– Не маловат. Уголек не продается. Ни за какие деньги. – Винни сел на край перекрытия и повернулся ко мне: – Пойдем позавтракаем, а то я порядком проголодался!

«Черный плащ» рывком повернул его к себе и прошипел:

– Ты знаешь, с кем имеешь дело, малец? Я его покупаю. И тебе лучше назвать цену, пока я не разозлился. А то останешься ни с чем. Ну и перепадет тебе изрядно! – Он захохотал на всю конюшню.

Я спрыгнул вниз, за мной – Винни. Он потрепал коня по холке, повернулся к воинам и усмехнулся:

– Друзей не продаю.

Потом повернулся к выходу и спокойно пошел к трактиру.

«Черный» изменился в лице, потом подскочил к Винни, схватил его за шиворот и прорычал:

– Ты задел мое достоинство! Я еще не закончил! И ты меня выслушаешь! Так вот, этот конь – мой! А ты, пацан, вали-ка куда подальше! – Он размахнулся, чтобы дать парню подзатыльник, и вдруг замер, вытаращив глаза. Я рассмеялся, увидев, как эта громадина встает на цыпочки, пытаясь оказаться хоть чуть подальше от лезвия, уткнувшегося ему в пах.

Рванувшийся было на выручку своему другу второй воин уткнулся горлом в мой нож и замер. Винни выхватил у своей жертвы из ножен кинжал, перерезал ремень на брюках, отчего они сползли вниз, придав воину весьма комичный вид, потом разоружил его и, поигрывая лезвием в опасной близости от его гениталий, спросил:

– Так что ты говорил о своем достоинстве? Что я его задел? Да, действительно, задел.