Инкуб

Эль, замерев на опушке леса, восторженно смотрела, как огромный зверь страшными ударами лап отправлял рыбин на берег, а мелкие, но очень деловые медвежата, рыча, пытались повторить подвиг матери…

– Как красиво… – прошептала она через несколько минут. – Смотри, а над водопадом – радуга! Самая настоящая! Ой, а можно я подойду и поглажу медвежонка?

– Не стоит, Эль! – улыбнулся я. – Зверей жалко!

– Как это? – не поняла девушка.

– В целях безопасности человека каждому из них вшит такой маленький датчик, который, чувствуя представителя homo sapiens в радиусе пятидесяти метров, внушает животному панический ужас.

Как только ты подойдешь вон к тому камню, – я показал на приметный валун, наполовину высовывающийся из воды, – они бросятся врассыпную. Мать оклемается быстро, а вот для детей такой удар по психике даром не пройдет…

– А без датчика никак нельзя было? – расстроилась девушка.

– Эль! Это – хищники! И вряд ли медведица позволила бы кому-то постороннему подойти к своим отпрыскам…

– А жаль… Ладно, пойдем дальше… Интересно, а тут есть косули или лоси? Всегда мечтала посмотреть на них вживую.

Подключившись к серверу заповедника, я быстренько скачал себе программку поиска животных по вшитым в них датчикам и, просканировав окрестности, утвердительно кивнул:

– Если пройти метров восемьсот вот в том направлении и не шуметь, то мы сможем полюбоваться на оленя. Добраться можно и до косуль, но они далековато…

Транслятор оказался весьма полезной вещью и на прогулке – врубив его на полную мощность, мне удалось удержать оленя на месте до тех пор, пока Эль не подобралась к нему метров на семьдесят.

Правда, потом животное все-таки сорвалось с места и исчезло между деревьями, но восторгу девушки не было предела:

– С ума сойти, какие кадры! Он чертовски грациозен, не правда ли? А ты сможешь обработать мои записи так, чтобы сделать динамичную голограмму и поставить ее на нашей территории? Я боюсь, что не смогу закольцевать запись…

– Постараюсь… – пообещал я.

 – Думаю, получится…

– Здорово. А то стандартные мне уже надоели…

Вымотавшаяся до предела девушка попросилась домой часов в восемь вечера по времени заповедника, когда скрывшееся за покрытой лесом горой солнце перестало окрашивать окружающее нас безмолвие во все оттенки зеленого, и чащу леса, по которому мы прогуливались, поглотила одна большая Тень.