Игрушка Двуликого

А потом вдруг задумался о том, что успел сделать казначей для королевства.

Прежде чем озвучить последнюю новость, Арзай зачем-то разгладил ладонью многострадальный свиток, а затем взял и разорвал его на кусочки:

– Боюсь, ашер, войны между Белогорьем и Алатом не будет: ал’Арради[80 - Раксиз ал’Арради Величайший, король Алата.]не смог договориться с купцами, и у него нет денег даже на то, чтобы платить мечевые[81 - Мечевые – местный аналог «боевых».]своим собственным солдатам…

– Отдаст Белоголовому Зерави и утрется… – мрачно буркнул Упрямец.

– Деньги у Величайшего уже появились, так что война будет… – неожиданно для всех остальных воскликнул казначей. – А вот обойдется она ему ой как дорого…

– Ты в этом уверен? – недоверчиво прищурился Латирдан.

– Более чем, Ваше Величество! – ухмыльнулся барон Кейвази. – Те четверо суток, которые по моей просьбе шла торговля между ал’Арради и представителями купеческих домов Алата, позволили утроить сумму, которую Величайший должен заплатить за ссуду…

– О как! – восхитился Генор.

– Я решил, что эта война – отличный способ подзаработать…

– То есть ссуда, полученная Раксизом, выдана из вашего кармана? – ошалело спросил Упрямец.

– Не из моего, а из казны. И под о-о-очень хорошие гарантии…

Неддар восхитился:

– А на Белогорье мы случайно ничего не заработаем?

– Заработаем. Но раз в пять меньше, чем на Алате…

– Я не верю своим ушам… – потряс головой Белая Смерть.

– Могу показать расписки…

– Неужели мои суждения настолько неожиданны, что вы, сир, не можете решить, как к ним отнестись? – устав от паузы, с легкой обидой в голосе поинтересовалась леди Камалия.

– Если что-то делать – то делать хорошо… – стараясь, чтобы в его голосе не было слышно издевки, ответил Неддар. – Поэтому я стараюсь добросовестно обдумывать каждую поданную мне идею…

Потом «с интересом» оглядел леди Камалию с ног до головы и улыбнулся, представив себе будущие слухи:

– Ваши суждения требуют детального осмысления.

Глава 9

Баронесса Мэйнария д’Атерн

Шестой день третьей десятины второго травника

…Кмоменту, когда мы вышли из бани, туман, укутавший Шаргайл, стал еще гуще. Увей, по своему обыкновению спустившийся во двор, чтобы попрощаться с баас’ори’те, предложил нам остаться и переночевать в обставленном для нас рейро, но Кром почему-то отказался. И, кивнув нашим тэнгэ[82 - Тэнгэ – тень (хейсарск.).