Версия фортуны

Именно в связи с этим храм был засыпан. Над ним вырос курган, ставший впоследствии настоящей горой высотой в полкилометра. Гора же получила название Аш-Шабди, что в переводе с древнеарабского звучало как «Спящая Рука».

– И что это за рука такая? – поинтересовался Слава Урсов, в основном и задававший вопросы, пока Шпагин вёл вертолёт. – Атомная бомба?

– Вблизи ещё не видела, – призналась Ксения. – Только фотки. Мы подозреваем, что это компьютер пришельцев с информационной базой.

– Но зачем начальнику экспедиции понадобилось мнение мифолога?

– Я не только знаток мифов, – улыбнулась пассажирка не без кокетства, – но и переводчик с арабского и ассирийского.

Окончила институт востоковедения, знаю древние ханаанские диалекты.

– Ах, вон оно как, – с облегчением проговорил Урсов. – А мы голову ломаем, чем вы будете заниматься. Не боитесь, что в тех местах неспокойно? База боевиков всего в двадцати километрах от горы.

– Не боюсь, – коротко ответила женщина.

Высадив специалистку по древним диалектам, лётчики могли тут же вернуться на базу, но задержались, воспользовавшись моментом.

Ксения попросила начальника экспедиции Михаила Михайловича Купцова (сотрудники звали его Михмихом), археолога с более чем сорокалетним стажем работы в полевых условиях, проводить её к месту раскопок, и он согласился. А вместе с гостьей спустились в штольню, пробитую в основании горы чуть ли не до её центра, и пилоты Ми-8.

Всего в отправившуюся к остаткам храма группу вошли шесть человек: трое прилетевших и трое старожилов, одетые в спецкостюмы для работы в условиях пустынь и жаркого климата.

Весна на юге Сирии выдалась сухая и ветреная, и костюмы, сшитые в России специально для работы в некомфортных природных зонах, хорошо защищали археологов и от жары, и от холода по ночам.

Штольня длиной почти в шестьдесят метров была освещена люминесцентами. Пробита она была в спрессованном тысячелетиями материале, похожем на обломочный каменный субстрат, поэтому её потолок пришлось укреплять тюбингами, как в московском метро.

По полу широкого пятиметрового коридора вились кабели, у стен скопились горки мелких камней и песка, стояли дополнительные осветители, вентиляторы, небольшая цистерна с водой, робот-погрузчик и разнообразные механизмы. У одного из них – автомата шахтной прокладки – копались двое бородатых парней в рабочих комби.

Вход в храм, если так можно было назвать дыру в породе горы, освещался прожектором.