Враги большого леса

Через несколько минут он ехал в Управление, привычно прикидывая план действий на ближайшие пару дней.

* * *

Вертолёт опустился на окраину леска в двух километрах от Троице-Чижей. Гул винтов перешёл в свист, стих.

– Выгружаемся, – скомандовал Плащинин. – Дальше на колёсах. Я пойду встречу проводника, он уже должен ждать где-то неподалёку.

Кто-то открыл дверь грузового отсека.

Вытащив мобильный, генерал спрыгнул на бугорок, поросший пожухлой травой. За ним последовал помощник начальника управления, выполнявший также и роль телохранителя.

Зашевелились остальные двенадцать человек группы, отобранные Плащининым для выполнения первого похода к «аномальщине». Бойцы Сергея Макаровича занялись раскантовкой двух багги и мотоцикла на воздушной подушке, на которых большинству участников рейда предстояло добираться до «ведьминой поляны» недалеко от деревни, окружённой с трёх сторон болотами.

Чтобы за один раз перевезти к месту работ весь багаж и технику экспедиции, Плащинин заказал транспортный Ми-26Т2, в брюхе которого уместились и четырёхместные вездеходы высокой проходимости – багги «Чаборз-М4», и мотоцикл «Лось», и контейнеры с научными приборами, и сами члены экспедиции.

А так как габариты Ми-26 имел приличные, посадка точно в центр «ведьминой поляны» была признана слишком рискованной, поэтому винтокрылая машина смогла приземлиться только возле просёлочной дороги, соединявшей Троице-Чижи с Павлово-Посадом.

Спрыгнули на землю и Сергей Макарович с Карапетяном.

Погода благоприятствовала высадке.

Температура воздуха не опускалась днём ниже плюс двенадцати градусов, ветер практически отсутствовал, а облака, нарисовавшие в небе «стадо барашков», дождя не предвещали.

Тем не менее все были одеты во всепогодные «сталкеры» и могли не беспокоиться о смене погоды. «Сталкеры», сшитые из трёх слоёв разной ткани и покрытые водоотталкивающей плёнкой «нановелюр», не боялись дождя, были удобны, легки и обладали множеством карманчиков и приспособлений, необходимых для любых спецработ в походных и даже экстремальных условиях.

Карапетян никогда раньше не носил такие костюмы и первое время чувствовал себя в своём «сталкере» стеснённо. Сергей Макарович на своём веку примерил не один десяток боевых и специальных экипировок и к жалобам физика на «твёрдые коленки» относился философски, заявив на аэродроме:

– Если хочешь, лети в своём кабинетном мундире и в плаще, резиновые сапоги мы тебе найдём.

Подумав, Егор Левонович отказался от сапог.