Война HAARP

Куда податься, вот в чём вопрос? Быть или не быть отдыху?

Звонок мобильного прозвучал как ответ: да!

Афанасий усмехнулся, заставил себя встать, взялся за «медаль» айкома, лежащего на столе; мобильный у него был модный, размером действительно с медаль, и носить его можно было в любом кармашке, так как гарнитура – клипса наушника и «родинка» микрофона – легко прилипала к ушной раковине и к губе.

– Слушаю вас.

– Привет, внучек, – раздался в наушнике, который впопыхах воткнул в ухо Афанасий, голос деда, Геннадия Терентьевича.

 – Не разбудил?

– Только проснулся, – со смехом признался Афанасий. – Я в отпуске, балдею, встаю, когда хочу. Рад тебя слышать, дед! Как здоровье, что нового изобрёл?

Деду исполнилось семьдесят пять, был он давно на пенсии, но как инженер и радиофизик по профессии продолжал заниматься творческими изысканиями, и его дом на окраине Судиславля, где и родился когда-то Афанасий, больше походил на мастерскую и на музей одновременно.

– На здоровье не жалуюсь, – бодрым голосом заявил Геннадий Терентьевич.

 – Да и чего на него жаловаться? Здоровье либо есть, либо его нет. Ноги ещё носят. Если ты в отпуске, так, может, навестишь старика? Покажу кое-что интересное.

Афанасий хотел ответить отказом, так как идея полететь на море уже развила бурную деятельность в голове, но вдруг заколебался. На родине он не был уже года три, и его тянуло в Судиславль всё сильнее.

– А знаешь что, дедуля? Приеду! – пообещал он не слишком уверенно. – Сегодня же. Давно детство не вспоминал.

А что ты там наваял?

– В двух словах и не расскажешь, увидишь сам.

– Старый секретчик, – засмеялся Афанасий. – Привык блюсти государственные тайны. Надеюсь, не бластер какой-нибудь соорудил?

– Эта штуковина почище бластера будет, – самодовольно похвастался Геннадий Терентьевич. – Сам не ожидал, что получится. Голова у твоего деда ещё работает. Так точно приедешь?

– Соберусь и поеду, мне не перед кем отчитываться. Жди к вечеру.

На душе стало легче. Уже не надо было ломать голову над «проблемой морей», добывать билеты на самолёт, заказывать гостиницу, а отдых на родине никогда не тяготил.

Всё-таки восемнадцать лет Афанасий провёл в родных стенах отцовского (точнее, дедовского) дома, о чём у него сохранились самые тёплые воспоминания. Захотелось побродить по улочкам окраины городка, сходить в лес, на речку, попариться в баньке, проведать старых школьных товарищей, с которыми когда-то с упоением играл в футбол.