По ту сторону огня

– Не совсем, – улыбнулся гость.

Фигура его потекла струйками, в течение секунды-двух претерпела множество трансформаций, перетекая из фигуры в фигуру – людей, зверей, иных существ, и снова обрела облик человека, соединяющего в себе черты знакомых Артёму и Зари-ме личностей.

– Рад тебя видеть! – искренне сказал Артём.

– И я! – захлопала в ладоши Зари-ма, обрадованная и ошеломлённая. – Рассказывай, где ты был, что делал.

– У вас есть ко мне предложение, – сказал Лам-ка (точнее, его представитель, созданный для прямого контакта) утвердительно.

Зари-ма и Артём переглянулись.

«Ему не нужен стандартный „радушный“ приём, – говорил взгляд Ромашина. – Он не человек».

– Ты торопишься? – огорчилась полюсидка.

– Чисто человеческое понятие, – улыбнулся гость. – Нет, я не тороплюсь, но живу иначе. И готов вас выслушать.

– Тогда садись, – предложил Артём. – Поговорим. А заодно выпьем по глотку шампанского за встречу.

– Зачем?

– Традиция!

– Ну, если традиция… – «Призрак» Лам-ки глянул на скупой интерьер тесной палатки и сел на выскочивший из воздуха стул.

Глава 6

ОХОТА НА ГЕРОЕВ

По лику Солнца бродили пятна. Их было больше, чем обычно, да и параметры пятен – размеры, температура, состав излучения – отличались от давно известных, и становилось понятно, что вторжение «огнетушителя Дьявола» в недра земного светила не прошло бесследно.

Ребров отвернулся от виома, показывающего алую гору Солнца над плоскогорьем Меркурия, и глухо сказал:

– Нас ждут суровые зимы.

– Это расчёт или предположение? – осведомился Игнат, не сводя глаз с пылающей горы.

– Предчувствие.

– Свияш утверждает, что результаты воздействия «огнетушителя» на общие характеристики Солнца скажутся еще не скоро. Зона охлаждения сокращается, солнечный «реактор» уже включился.

– И всё же нас ждут невеселые времена. Пусть через год, через два, через десять, но этого не избежать. Температура фотосферы упадёт, поток излучения сократится, и Земля замёрзнет.

– Не замёрзнет.

– В первую очередь нам, нашей Службе.

– Не привыкать, – усмехнулся Игнат.

Ребров с усилием отвёл взгляд от алого купола с чёрными пятнами и более светлыми фонтанами протуберанцев, оглянулся на вход в зал визинга.