Последний джинн

Бондарь занялся переговорами с абонентами, чьи вызовы посчитал важными.

Игнат посмотрел на отца.

– Почему вы так уверены, что это дело рук Хорста? Уничтожение кладбища «джиннов» – это теракт иного уровня, одному человеку он недоступен.

– А кто сказал, что Хорст один? Уже его исчезновение из поля зрения надзирающих органов говорит о больших возможностях беглеца. Мы учитываем то обстоятельство, что он контактировал с моллюскором, занимался аутотренингом и вполне мог за двадцать пять лет реанимировать какие-то внутренние резервы, доставшиеся ему от моллюскора.

– Но зачем ему убивать людей, давно отошедших от дел?!

Артем поморщился.

– У него повреждена психика, и с этим нам придется считаться. Если он начал с ликвидации прокурора, то доберется и до нас. Мы, конечно, примем меры, но, судя по развертыванию событий, нам придется напрячь все свои силы.

– В таком случае ты его враг номер один.

– Был. – Артем усмехнулся. – Впрочем, вряд ли его чувства ко мне изменились.

– Понимаю.

Помолчали.

– А что за космическое задание вы хотели дать?

– Превентивное шевеление. – Бондарь закончил свои переговоры. – Что-нибудь слышал об открытой четыреста с лишним лет назад Великой Пустоте?

– Нет.

– В созвездии Эридана на расстоянии в два миллиона световых лет от Солнца астрономы обнаружили необычный артефакт – гигантскую пустоту диаметром около одного миллиарда световых лет.

– Я тебе дам интенсионал по ВП, – сказал Артем.

– Потом стало известно, что эта «дырка в пространстве», получившая название Великая Пустота, увеличивается в размерах, причем невероятно быстро, почти с инфляционным градиентом.

– Быстрее скорости света?

– Намного.

– Как же удалось это обнаружить?

– Расширение ВП прекратилось всего полгода назад. Академия астрофизики заинтересовалась этим явлением, и Даль-разведка уже готовит к ВП экспедицию, хотя так далеко наши корабли еще не ходили.

– Безусловно, это интересная вещь, но с какого боку ею должна заниматься контора?

– Появились «свисты».

Игнат вгляделся в лицо начальника группы, но оно осталось серьезным.