Остров Невезения

Оно шло тяжелой поступью, уверенно, смело, уже не сворачивая со своего пути, и уже ничто не могло сломить его. Кроме одного. А вокруг бушевала стихия. Казалось, само небо пошло войной на этот корабль. Молнии часто и монотонно рассекали черное небо, освещая его безграничный простор. Оглушительно грохотал гром, исполняя какую-то жуткую, но вместе с тем удивительно прекрасную в своей стихийности какофонию. Даже корабль на миг приостановился, чтобы послушать столь талантливого исполнителя. Кругом была вода. Соленые океанские брызги смешались с небесными, и все это вместе, подхваченное ветром, кружилось в дикой пляске, проникая всюду, заполняя собой все.

А потом все вдруг как-то стихло, и не осталось ничего.

Все это время Дангал стоял на палубе, слегка придерживаясь за мачту, и на губах его играла никем не увиденная улыбка.

Почувствовав, что шторм закончился, из всех углов и щелей, ежась и охая, потихоньку начали выползать мокрые и помятые пираты. Они очень удивились, увидев Дангала на палубе.

Их корабль бездомным бродягой мотался по морям и океанам, приближаясь к суше лишь для того, чтобы сбыть награбленные сокровища да пополнить запасы воды, пищи и боеприпасов, а затем он вновь уходил.

Уходил туда, где была свобода и воля, туда, где дышалось так легко.

Вот и сейчас они приближались к землям Северной Америки. Дангал стоял на палубе, с жадностью вдыхая родной воздух, которым он дышал восемь лет тому назад.

Капитан оглядывал берега в бинокль, выбирая место для высадки. Вскоре он заметил тихую и удобную бухту и приказал спустить якорь.

– Будь осторожен, Джой, и береги людей! – напутствовал Хайрис Маквелл своего друга.

Дангал кивнул и спустился в шлюпку, где уже сидело трое его товарищей.

Несколько сильных взмахов – и нос шлюпки уткнулся в прибрежный песок. Дангал первый соскочил на берег, а за ним остальные, и все четверо углубились в лес.

Дангал озирался вокруг, стараясь запомнить все то, что ему было когда-то так дорого. Его босые загорелые ноги ступали по родной земле, и он чувствовал, что ощущение невыразимого счастья разливается по всему его телу.

Он узнавал эти места. Вот здесь, на этой поляне он еще мальчиком любовался на блистательную луну, скромную повелительницу ночной тьмы. А тут, под этим деревом, он когда-то обнимал Икомо. «Икомо! У нее мой сын! А мой ли? Уже нет…» – с грустью подумал Дангал и вдруг понял, что ему страстно хочется увидеть своих родных и друзей.

Вдруг его чуткий слух уловил какие-то подозрительные звуки.