Отстрел негодяев

– Как это?

– Если я повышал голос, – каюсь, было, – Мария констатировала этот факт как признание моей вины, не анализируя причины, хотя зачастую сама была неправа. Кричишь? Значит, виноват. И так во всём, а с годами эта тенденция только усиливалась.

– И всё? – удивился Роман. – Вы разошлись только из-за её обвинений?

– Ну, не только, всякое бывало, я по полгода не бывал дома, что тоже воспринималось не позитивно, однако её железобетонное мнение, что она права во всём и всегда, сыграло немалую роль. Я уже четырнадцать лет живу один.

– Больше не женились?

– Нет.

– Вот! – наставил Роман палец на супругу. – Ты тоже слишком часто меня пилишь!

Ответить женщина не успела: дверь в гостиную распахнулась, и оттуда вышел невысокий худой мужчина с лицом уставшего доброго папы Карло, отца Буратино. Одет он был в неожиданный для человека его профессии легкомысленный молодёжный костюм: драные джинсы, светлая курточка со множеством заклёпок, замочков и кармашков, и голубая футболка с весёлым дракончиком на груди.

– Я бы вам кое-что порекомендовал, – голосом дежурного врача проговорил мужчина, пряча в карман куртки айфон. – Мальчик ни в чём не раскаивается, и это настораживает. Будьте с ним построже, он очень внушаем. И хотя он не считает себя одиноким и брошенным, общаться со взрослыми не хочет. Запрещать пользоваться компьютером не нужно, однако ограничить доступ к соцсетям необходимо, особенно «ВКонтакте».

– Кто? – переспросила Люся.

– Робот, распространяющий письма-маркеры для потенциальных самоубийц.

Люся переменилась в лице.

Калёнов взял психолога под локоть, отвёл в сторонку.

– Выбирайте слова, товарищ… как вас там?

– Игорь Моисеевич.

– Игорь Моисеевич, они сейчас в таком состоянии, что и сердечный приступ могут получить.

– Извините, не сообразил. Вы кто?

– Друг семьи.

– Можно я к Ване пойду? – робко спросила Люся.

– Конечно, идите.

Мать Ивана ушла в гостиную. За ней бочком протиснулся и Роман.

Калёнов проводил их глазами.

– Пойдёмте на кухню, поговорим.

– Вряд ли я вас обрадую.

– В принципе, я и не надеюсь особо.

Прошли на кухню, сели на стулья с металлическими спинками.

– Слушаю вас.

– Это серьёзно? – Калёнов кивнул на стену, отделявшую кухню от гостиной.