Рассказы и сказки о странном и страшном

Она холодно, но все-таки общалась с другом Риты, снисходительно принимала от него подарки, отпускала иногда Риту на свидания. В такие редкие дни я иногда брала девочку с собой – побродить по выставкам или к себе в студию, где мы рисовали. Или Рита приглашала няню, которая помогала ей с девочкой.

В этот раз Рита ходила со своим другом в ресторан. С Леной оставалась няня. Со слов няни, Лена отлично поужинала, они немного посмотрели мультики, поиграли в куклы, девочка помылась и рано легла спать. Рита отпустила няню, но вот друг никак не хотел отпускать Риту.

Видимо, не торопился, против обыкновения, домой. Проводил ее до квартиры. Мол, у тебя давно не был, да интересно, как ты сделала ремонт, да кофеек из твоих ручек… Рита и не отказывалась.

– Ничего такого, – всхлипывала она, – мы просто пили кофе. Болтали…

– Ну, ладно, не буду ничего говорить. – Мне не нравился этот человек, и я считала, что Рита дура, а он пользуется этим. С одной стороны, он баловал ее, помогал разрешить все проблемы, с другой – Рита была его тайной, без права на признание, без общего дома, и у него была своя семья.

Это меня и бесило.

– Ну, а потом что? Это он устроил?

– Не-ет… – она всхлипнула пару раз. – Лена.

– Лена?

– Она проснулась. Вышла в комнату. Мы не сразу ее увидели.

– Вы… целовались? – осторожно предположила я.

– Да нет же! Разговаривали… Ну, может, он руку мою держал… Но мы разговаривали… про все… как дальше… я не знаю, что она услышала… сколько она стояла. Стояла в пижаме своей и смотрела не мигая… словно привидение.

– Я и не знала, что ты часто общаешься с привидениями, – попыталась я пошутить, но Рита всхлипнула громче и уткнулась в мое плечо.

– Она сказала: «Уходи». Я ей – «Леночка, так некрасиво, надо поздороваться». Она опять – «Уходи», знаешь, таким спокойным ровным голосом. Ну, а он ей тоже спокойно – «Леночка, я сейчас уйду, мы с мамой только кофе допьем», улыбнулся ей. Тогда она мне сказала, что хочет есть. Я достала ветчину, стала резать, делаю ей «чудовищный» бутерброд.

Вдруг смотрю, у меня с мойки куда-то исчезла миска, в которой печень размораживалась, и слышу, он говорит: «Лена, ты что?!» Оборачиваюсь, а она поставила миску на стол, села напротив него, на мое место, и ест эту печень…

– Сырую?

– Ага, ест, ы-ы-х… вся перемазалась, кусает, улыбается и смотрит на него. Я печень отобрала, умыла Лену, дала ей бутерброд. Момент уже испорчен, он еще что-то бормочет, я этой паршивке говорю: «Все, иди спать». Ушла.