Контрразведка Future (сборник)

Маккена хмыкнул, оценив сравнение.

– Навигационные приборы у нас кое-какие имеются. Но мне не нравится, что «струна» оказалась такой неточной. Что-то здесь не так. Мы не могли отклониться почти на тридцать градусов. На два-три допускаю, но не на тридцать.

– Я проверю, – мрачно пообещал Успенский.

– Слава, помоги ему.

Бортинженер молча активировал ремонтный киб.

Роза пришла в себя через час.

Диагност определил её состояние как «стабильно тяжёлое», однако медицинская техника спейсера не могла кардинально лечить подобные кардиосиндромы, могла только поддерживать человека в определённом состоянии, и Розу решили оставить в медотсеке под опекой второго пилота.

Маккена снова спустился к ней, присел на ложемент реанимационной камеры. Пилот потоптался рядом, вышел.

Эксперт была в сознании. Под глазами у неё обозначились тёмные круги, лицо заострилось, в глазах пряталась печаль.

– Я вас подвожу, – с тихим сожалением сказала она.

– Чепуха, – отмахнулся Маккена, испытав неожиданный приступ жалости к женщине.

– Не с каждым… но со мной никогда такого не случалось.

– Это называется «глубокой пространственной несовместимостью». К сожалению, выявляется такая несовместимость только при достаточно частом использовании «струнных» переходов. Вашему организму они противопоказаны.

– Я понимаю. Не обращайте на меня внимания, решайте проблему возвращения. Нам обязательно надо вернуться и сообщить о том, что мы узнали.

– Вернёмся, обещаю. Я летаю уже двадцать два года, и ещё не было случая, чтобы не вернулся. – Маккена обозначил улыбку.

Роза улыбнулась в ответ.

– Это правда. Вы женаты, капитан?

Маккена помолчал.

– Был женат. Давно.

– Вы хотите сказать, что сейчас вы вместе не живёте?

– Моя бывшая жена счастлива с другим человеком.

– Дети?

– Двое, парни, живут отдельно, уже взрослые. Тим учится в полицейской академии, Вильям служит в десантных войсках быстрого реагирования.

– Похоже, вам удалось привить им стремление к самореализации.

Взгляд Маккены потеплел.

– Они правильные парни. А ваши девочки?

Роза улыбнулась.

– Они живут с бабушкой, то есть с моей мамой. Им всего одной двенадцать, другой тринадцать лет.

– Командир, алярм! – раздался голос Хржички.