Коготок Большого Взрыва

В тот момент, когда Главный собрался выйти из ЦУПа на поверхность разрушенного планетоида, образовавшего вокруг трубы Жала неровное рыхлое кольцо из перемешанных между собой слоёв льда, снега и камней, Жало врезалось в один из попавшихся на пути каменисто-ледяных обломков величиной с крупную гору.

– Ваше совершенство! – завизжал Д-прог-раммист, копавшийся во внутренностях машины контроля.

Драго Совершенный оглянулся.

В глубине экрана, охватывающего помещение ЦУПа кольцом, появился светлячок, мгновенно увеличился в размерах и лоб в лоб столкнулся с Жалом!

К счастью, произошло это поодаль от района, где разбился планетоид со станцией.

Над обросшей шубой неровных пластов снега и пыли трубой Жала брызнули вихри осколков, обтекая её двумя струями каменно-ледяных глыб, образуя своеобразные усы, терявшиеся в глубине космической бездны.

Морлоки невольно вцепились лапами в конструкции ЦУПа, ожидая сильнейшего толчка.

Однако Жало Смерти даже не содрогнулось, лишь стенки станции отозвались волной слабой вибрации.

Гигантская струна экзотической материи не заметила препятствия, обладая чудовищной, далёкой от здравого смысла массой.

– Не выходите, ваше совершенство, – посоветовал Драго Обязанный, наблюдая за тем, как тает в пространстве позади Жала хвост осколков планетоида.

– Занимайся своим делом, – ответил Главный, направляя автомеха к выходу.

Трусом он не был, как не был и выродком-эмоционалом, каких иногда рождала раса морлоков, так как трусость – это, по сути, тоже проявление эмоций, в отличие от расчётливого поведения.

Но при любом раскладе существовала необходимость изучения района катастрофы, хотя бы ради оценки ситуации и составления общей картины разрушений станции. И Главный выбрался из отсека управления через восстановленный тамбур на вершину округло-щетинистой горы остатков планетоида, под усыпанное немигающими звёздами «небо» Жала Смерти.

Иллюстрация 8

В отличие от конкурентов-китайцев (хотя экипаж «Енисея» и не знал об их существовании) корабль сделал всего два прыжка: сначала к Юпитеру, точнее, примерно в район его орбиты, по вектору созвездия Стрельца, а затем сразу к условной границе пояса Койпера, где начинала стремительно расти плотность планетоидных тел.

Плутон в этот момент находился почти по другую сторону от Солнца, и космонавты его не увидели. Впрочем, как не увидели и Юпитер в той мере, на какую рассчитывали.