Человеческий фактор

– Встречаемся там же, в холле первой станции метро, через полчаса. Успеете?

– Буду.

Иван вспомнил другой номер.

Андрей Плетнёв, командир оперативной спецгруппы, ответил мгновенно:

– Полковник?

– Сбор в холле первой станции метро в Цагвери, Грузия.

– Упаковка?

– Пока стандартная, упакуемся на базе.

– Принял.

Полёт, а точнее перемещение со Шпицбергена в Цагвери, потребовал всего несколько минут времени. До метро Ивана перенёс флайт тревожных служб (для всех местных руководителей Грымов работал в Центроспасе и мог предъявить карт-бланш на любой вид транспорта), а перемещение по сети метро практически не отнимало времени.

Плетнёв встретил его в небольшом зале станции так, словно ждал его здесь давно.

Поздоровались.

– Адрес? – поинтересовался крепыш Плетнёв.

– Третья база, потом Кеплер.

– БОХ?

– Ты очень проницательный, Андрей, – улыбнулся Грымов, сжимая локоть капитана. – Чую, там заваривается какая-то каша.

– Разберёмся.

– Надеюсь.

В вестибюле метро появился спешащий, растрёпанный, разгорячённый быстрой ходьбой Шапиро.

– Не опоздал?

– Поехали, – сказал Грымов, направляясь к свободной кабине.

– Я за вами, – отстал Плетнёв, делая кому-то знак.

Через минуту Иван и Шапиро вышли из кабины метро транспортного ангара базы на Энцеладе. Спустя секунду к ним присоединились Плетнёв и его немногочисленная – восемь бойцов – команда, выглядевшая скорее как группа туристов, а не бойцов спецназа.

В отсеке всех ждал озабоченный Воеводин в компании двух мужчин, одним из которых был новый начальник базы Павел Радищев. Его сопровождал эксперт «Сокола» Семёнов, пожилой, солидный, гладко бритый.

– Надо бы переодеться, – сказал Воеводин, глянув на стандартный уник Шапиро. – Не в ресторан собрались.

– На Кеплере ему дадут «кольчугу», – сказал Радищев.

– Ладно, на месте разберёмся.

Остановились перед грузовой камерой метро, способной бросить «на струну» большую группу людей или приличной массы летатель.

– Может, я тоже с вами? – предложил Радищев, высокий, худой, с лицом аскета и голубыми глазами религиозного фанатика; впрочем, в контрразведке о нём отзывались как о классном руководителе.

– Подождёте здесь, – сказал Воеводин. – Вдруг что понадобится? Я сообщу.

Расположились по центру камеры, напоминавшей трюм космолёта, взялись за поручни.