Бой не вечен

Нет, Сатана нас не истребит, но и жить свободно не даст! Поэтому мы и должны сотворить Кресово кольцо, кольцо сужения канала, по которому в наш мир просачивается негативная информация Сатаны.

– Чтобы перекрыть ему кислород…

– Именно так, Ираклий Кириллович, чтобы перекрыть ему кислород. А это мы сделать в состоянии. Итак, вы согласны работать в Сопротивлении?

– Вы же говорили – в Катарсисе…

– Сопротивление – часть Катарсиса.

– Чем я буду заниматься конкретно?

– Тем же, чем занимались профессионально на государственной службе.

– Военной контрразведкой?!

– Организация, в которой вам предлагается занять место командира отдела, называется Вечевой службой контрразведки и внутренних расследований.

Ираклий задумчиво глотнул тоника, не решаясь задать собеседнику вопрос, какое место в структуре Катарсиса занимает Мария. Поднял глаза на гостя.

– Что я должен делать?

– Вам позвонят и назначат встречу, ждите. И пожалуйста, прошу вас, – Сергий положил сухую прохладную руку на локоть Федотова, – попытайтесь избежать конфликтов типа того, что у вас возник с «Надежными ребятами».

Ираклий смутился.

– Вы… видели, как я с ними?..

Сергий улыбнулся, встал из-за стола, подал руку и исчез. Ираклий остался стоять с ощущением бездны, разверзающейся под ногами, над которой горела одна-единственная яркая звезда. Спасение было в ней, но она была далеко…

Переславль-Залесский

ВОРОБЬЕВ

Утром в понедельник Панкрата вызвал к себе Асламов.

– Я в курсе ваших отношений с местной элитой, – сказал директор рыбзавода не то с иронией, не то с насмешкой. – Поэтому меня интересует вопрос, как вы намерены действовать дальше.

«Мы продолжаем то, что мы уже много наделали», – вспомнил Панкрат известный черномырдинский шедевр. Но вслух сказал другое:

– Жду ваших указаний.

Асламов засмеялся.

– Хотите переложить ответственность на мои плечи? Я вам санкции на ссору с органами не давал.

– Я не ссорился, – угрюмо буркнул Панкрат. – Они сами напрашиваются.

Асламов достал из стола большой белый конверт, бросил на стол.

– Почитайте.

Панкрат достал из конверта три листа бумаги, сколотые скрепкой, пробежал глазами текст. В письме высказывалось предположение, что бывший майор Службы внешней разведки П. К. Воробьев «каким-то образом связан с террористами, уничтожившими на озере Селигер важный военный объект».