Демоны Египта

 – Так! Значит план у нетопырей. Вот пусть сегодня же и действуют, барка Небетхет еще не проплыла и середины звездной реки. Только немного изменим установленный порядок. Начальнику караула сегодня ничего не сообщай, а просто проследи за караульным помещением. Заляжь в какой-нибудь канаве и булыжником прикинься. И возьми с собой еще два-три таких булыжника – дело опасное и непростое. Следи и молчи, как шакал в норе жарким полднем. Если стражники пойдут к указанной гробнице, продолжай следить. Даже если они перебьют нетопырей – не вмешивайся! Ни-ни-ни! Надеюсь, понимаешь, что иначе тебе больше не видать росу на лепестках священного синего лотоса? – Хеви с любопытством посмотрел на Нофри.

– С такой же ясностью, понимаю, мой господин, как и девка, которой раздвинули колени. – глаза Нофри азартно блестели в темноте.

– Вот-вот! Вот именно! Проследишь, куда уплывут сокровища и, продолжая наблюдение, пошлешь гонца ко мне. Я спать не лягу. Финик с тобой – получишь ты свою корову.

– Козочек, о, господин старший писец.

– Козочек, козочек, Сет с тобою, – козочек! – махнул рукой старший писец, – но для начала вылови мне этих козлов. Давай, давай…

– А вот там есть на небольшом участочке, ну, ма-а-аленький такой виноградничек и вроде как ничей, а можно я его как-нибудь так вот немножко… ну, чуть чуть… – писец сделал жест ладонью.

– А ты что, разве еще здесь? – удивился старший писец, подняв голову. – Я думал, что ты уже где-то там – на гробницах.

– Ага! Я уже там!

Ночь, господин старший писец, провел в беседке, созерцая звездное небо и слушая завывания шакалов в городе мертвых, и, с одной стороны, чувствуя блаженство от того, что лежит в беседке, а не на камнях перед караульным помещением стражи, рискуя своей задницей, а с другой, на него накатывал азарт, и он даже сожалел, что не принимает непосредственного участия в слежке.

Начинало уже светать, и Нофри вскоре должен был появиться, но не появлялся и, когда рассвело окончательно, Хеви почувствовал беспокойство – обидно будет, если пройдоха Нофри попался.

Однако Нофри появился жив и здоров, и Хеви, увидев входящего во двор писца, разозлился – где столько времени болтался гребанный раздолбай!?

– Ты где болтался, сын мартышкиного навоза?

– Случилось что-то странное, господин писец.

– Старший.