Манаус

Говард шепнул, что возьмет охранника на себя и начал подкрадываться к нему. Аркимедес приготовил ружье.

Но как бы не старался рыжий американец, между ним и охранником всегда оставалось открытое пространство, пресечь которое незамеченным было невозможно.

Индеец и бразилец молча, не шевелясь, наблюдали за продвижением американца, который добрался до края леса, сделал рукой знак своим товарищам и быстро побежал к тому месту, где находился охранник. Тот, судя по всему, все же услышал что-то и успел обернуться. На лице его не было и намека на тревогу, должно быть он не ожидал ни какой опасности со спины, со стороны леса.

Когда же попытался среагировать, то было уже поздно: «Гринго» остановился и молниеносным движением руки метнул свой короткий нож. Охранник даже не успел схватить ружье, упал в реку, и если он и успел крикнуть, то звук его голоса потонул в шуме стремительно несущейся воды.

«Гринго» вернулся к своим товарищам, и они вместе вошли в хижину.

Двое мужчин спали в своих гамаках и никогда уж более не проснулись.

Ударами мачете прикончили обоих, и кровь их начала капать через щели в тростниковом полу на землю.

Прихватив с собой ружья, все запасы еды, что удалось найти, и одежду, «Северянин», Говард и индеец вернулись к пироге, где нашли Клаудию все также спящей, словно ничего и не произошло. Проснулась она только тогда, когда начали проходить пороги, и сильное течение кидало лодку из стороны в сторону так, что ей пришлось изо всех сил схватиться за борт, чтобы не вылететь из пироги в реку.

Рамиро сидел на корме и веслом направлял лодку, а «Гринго» и Аркимедес гребли что есть мочи и лодка ловко обогнула все подводные камни и водовороты, а когда вышли на спокойную воду, то продолжали грести, не останавливаясь, в течение всего дня и ночью также.

Утром Рамиро показал на приток реки, располагавшийся по правую руку и уходящий в юго-восточном направлении. Вода там была черная и удивительно чистая, течение быстрое, но не стремительное.

– Рамиро думает, что это хорошая дорога, ведущая к Напо, – указал он.

 – Рамиро уверен, никому не придет в голову, что мы пошли здесь вверх по течению.

«Гринго» и Аркимедес переглянулись. Клаудия продолжала сидеть молча. С того момента, как они покинули лагерь, она не произнесла ни слова.

Говард лишь пожал плечами.

– Если собираешься довести нас до Кито, индеец, то только ты знаешь как это сделать, а стало быть – ты и приказываешь. Говоришь, что нужно идти по этой реке? Значит, пойдем по ней.