S-T-I-K-S. Шатун. Книга 2

Хомяк с Белояром в темпе погрузили пусковую и уже за рулём сидят, подгазовывают.

РДАХ! Всё же, размер имеет значение, Тихий с первого же выстрела уложил кусача, но и Лиса, смотрю, не отстаёт, пару бегунов опрокинула и правильно делает, что за них взялась, для более матёрых калибр покрупнее нужен.

РДАХ! Второй выстрел Тихого, и второй кусач через голову полетел, и теперь вижу, Тихий замер – рубера выцеливает, наверное.

У него только один выстрел, а потом драпать пора: гора мяса, рубером именуемая, такой разгон набрала, что уже скоро здесь будет.

РДАХ! Выстрел «Взломщика», и рубера повело, но продолжает бежать.

– Лиса, уходим! – Тихий шустро сложил свою снайперку в транспортное положение и заскочил в машину.

Не успели Лиса с Шельмой последовать его примеру, как машины сорвались с места, и вовремя, твари добежали до нашей стоянки. Но осталось их уже немного: рубер и восемь бегунов… и второй лотерейщик сзади ковыляет. Недострелила его Лиса, живучая тварь.

– Сильно не отрывайся! – притормозил набравшего разгон Хомяка. – Оторвались, и хватит. Останавливайся! – и в рацию Тихому: – Тихий, пока сиди, пусть Лиса работает! Может, эта туша устанет за нами бегать, и сумеем спокойно его завалить.

– Принял!

Лиса сразу же выскочила и опять заработала по бегунам – троих положила, как упыри к нам почти добежали.

– Трогай!

Еще несколько раз так останавливались, и рубер действительно выдохся – остановился метрах в трехстах сзади.

– Да сдохнешь ты наконец! – выругался он. У рубера только голова дернулась, но свалить его не свалили, зато он опять на нас попер.

– Вы отвлекайте его, я попробую! – Шельма исчезла, зараза.

Пришлось отвлекать, а то он опять разгон набрал. Но недолго: как только пробежал мимо последней нашей остановки, сзади Шельма появилась и принялась в затылок ему всаживать.

– Хельга, что вокруг?

– Чисто! Больше никого пока не видно.

– Разворачиваемся! – произнес в рацию. – Едем обратно и потрошим всех по дороге.

Подъехали к Шельме, которая уже споровый мешок вскрыла.

– Вот! – показала она нам черную жемчужину, и радостная стоит, аж светится. Говорил же, наркоманка адреналиновая.