Однозначные истории

– Нет, – ответил он в некоторой растерянности, – я вообще-то беспартийный…

Бродяги переглянулись.

– Это хорошо, – промолвил «Эмбрион Четвертый». – Окажись вы членом, нам бы пришлось вас изничтожить.

– Все члены Союза Сочинителей – подонки и дармоеды, – пояснил его приятель.

– Нет, нет, что вы, я совсем ничего не сочиняю, – торопливо забормотал Пыкин, – и не пробовал никогда.

– А вы думаете, в Союзе кто-нибудь из них сочиняет? – «Эмбрион» вытянул руку и сделал странное движение кистью, как будто ее тыльной стороной отгонял мух или смахивал со стола фужер с шампанским.

Утробный дизельный рев вырвался из чащи, остатки тумана заколебались и разом осели к земле.

– Эти места напичканы совершенно невозможной техникой! – в сердцах воскликнул низенький бродяга, делая вид, что отряхивает костюм. – И совершенно ненужной. Ей-богу, они доведут меня до публицистичности!

– Злодейская сила, – брезгливо буркнул второй.

– А вы, мужики, сами-то чьи? – решился спросить Пыкин.

– Мы лауреаты, – гордо сказал «Эмбрион». – Мы живем здесь, в нашем русском лесу, и за далекие границы не уедем никогда, потому что мы истинные патриоты и к тому же у нас нет паспортов. Мы – люди огромной и потенциальной творческой силы. Я ПОЭТ, а вот он пишет прозой.

– ПРОЗОЙ, – поправил его второй лауреат.

Поэт кивнул.

– Такие, как мы, для них страшнее сифилиса, потому что мы – их творческая смерть!

Он кривозубо осклабился и с размаху ударил кулаком в небо. Пыкин невольно вздрогнул.

– Они нас боятся, – похвастался Поэт. – По крайней мере, меня они боятся наверняка. Если хотя бы пара моих стихов прорвется в печать, оболваненная Россия очнется и потопит в плевках их убогие опусы!

– Меня они боятся еще больше, – убежденно сказал Прозаик. – Их пугает сила моего таланта.

– Они боятся нас обоих, – согласился Поэт. – Они нас преследуют. Нас все время преследуют. И следят. Они за нами следят. Всюду полно людей с глазами специалистов. Они смотрят на нас этими глазами.

– Сами мы их никогда не видим, – добавил Прозаик. – Они специально обучены. Но мы их чувствуем, постоянно чувствуем. Я чувствую, как их взгляды ползут у меня по спине. И по голове, и под мышками. Это невыносимо… – В подтверждение своих слов он начал яростно чесаться.