Зловещее сокровище

– Прекрасно соображаю, – резонно заключил Королёв, – от – ТЕХ! – кто способен загнать обычного человека в пе?тлю – и даже в колодец! – ничего хорошего ждать не приходится. Мне просто непонятно: как можно поймать – ТО! – что совершенно не ощущается?

– Ежели так, тогда очень просто, – обрадовался служитель Зловещего Змея, – необходимо собрать воедино все утраченные монеты, сложить их в старинный сундук и отвезти в Ростовскую область, возвратив в искомое место. Затем мой отпущенный дух – а заодно и бедовые души всех, кого и я и мне подобные склонили к самоубийству – обретут долгожданный покой и новые телесные воплощения, необходимые для отработки испорченной Кармы.

– Да? – спокойно проговорил полицейский. – Ну, а я здесь при чём?

– Ты единственный, кто сумел проникнуть за пределы человеческого сознания, а может, даже и общего понимания; тем самым ты разглядел, что именно я из себя сейчас представляю.

– Возможно? Спорить не буду, – практично заметил Семён, – но тебе, наверное, следует спросить у меня безоговорочного согласия – вознамерюсь ли я быть жалким орудием в злобных ручищах?

– Да, верно, – напрягся озадаченный Дух, – это действительно важно… Так что же ты в итоге решишь – каким будет окончательный ответ на моё любезное предложение?

– Я отвечу категорически – нет! – сказал полицейский сотрудник, ничуть не переживая, какое впечатление произведёт на бестелесного собеседника.

А тот оказался словно молнией поражён (благо во сне!): уподобившись надутому мячику, Дух резким движением округлился, как будто бы загорелся (приобрёл огненные очертания раскаленного шара), затем несколько раз пролетел по крохотной комнате, ударяясь о стены и рассыпая вокруг себя яркие искры, а потом, взорвавшись, взял да и попросту разом исчез.

Глава III. Серия странных самоубийств

Почти в тот же самый момент затрезвонил надсадный будильник, и участковый проснулся. Через двадцать минут, напрочь освободившись от со?нных объятий, взбодрившийся офицер недоумённо подумал: «Приснится же чушь несусветная?» Как и в обычное утро, он привёл себя в образцовый порядок, надел форменное обмундирование и отправился на повседневную службу.