Потусторонняя одиссея

Весь вид его, зашуганный, говорил, что пришлось ему столкнуться с чем-то неизвестным, неведомым нормальному восприятию; глубокий, задумчивый взгляд не выражал ничего, помимо закоренелого суеверия. Взглянув в остекленевшие преступные зенки, Павел непроизвольно вздрогнул: он распознал ту страшную сущность, что привиделась тому невзрачному человеку. Она как будто б застыла внутри, в далёкой нейронной бездне. Не отдавая разумный отчёт, встревоженный сыщик недоумённо заёрзал. Попутно охватился мучительной тягой: побыстрее закончить то странное дело.

– Задавайте Ваши вопросы, – промолвил задержанный негодяй.

– Что ж, раз ты готов, – непроизвольно вздрогнув, сказал полицейский, – давай рассказывай: как ты сегодняшней ночью истреблял целую, уважаемую в районе, семью?

– Не «гони», начальник, тупую пургу, – возразил бывалый преступник, – никого я не убивал, и, кстати, даже не собирался. Да, соглашусь, я шёл с братками в элитный дом, чтобы взять в заложники богатую дочку. Скажу честно, я так её и не видел, а сам шальные ноги еле-еле успел унести.

Там – ТАКОЕ! – стало твориться, что, не приведи Господи, ещё бы разок увидеть.

– Не понял? – искренне признался озадаченный сыщик, скривившись в презрительной мине. – То есть ты хочешь «прогнать», что пришёл свершать злодейское дело, но ничего не успел, что кто-то, вместо тебя, уничтожил всех беззащитных жильцов и что ты сам чуть не сделался объектом ужасного посягательства. Так, что ли, следует понимать твои утверждения?

– Именно! – выпучивая ополоумевшие глаза и пытаясь согнать остекленевшее выражение, выпятил Кентюрин нижнюю челюсть да подался немного вперёд.

 – Как вы меня не поймёте?! В городе происходит что-то жутковатое, сверхъестественно странное, а вы пытаетесь навесить мне чужую вину! – проголосил убедительно, громко, а понизившись до сиплого полушёпота, чуть слышно продолжил: – Да я, если честно, и сам готов просить упрятать меня за металлическую решётку, и увезти куда подальше, и спрятать от неизвестного существа. Оно, заметь, свободно летает по воздуху и умеет останавливать смертельные пули.

– Что за глупости несусветные ты несёшь? – встрепенулся бывалый оперативник, недоверчиво глядя на плутоватого собеседника. – У тебя чего, от страха, пред праведным наказанием, совсем, что ли, в тупоголовой башке помутилось? Понимаю, сознаваться не очень-то хочется, но чтобы придумать откровенную ересь – это я встречаю впервые, хотя повидал, поверь-ка, немало.