Скиталец. Хромой Бог

Когда-нибудь в час темной синевы я запущу руки в бездонный колодец,

Мои пальцы будут перебирать блеск дальних звезд,

Я услышу шелест листвы всех миров и почувствую запах их трав.

Окунусь в родники благоуханных вод чужих океанов.

Разорву тоску одиночества, покидая приют Земли. Я обопрусь ногами на зияющую бездну мирозданья,

Протяну руки навстречу восходу безбрежья.

С раскрытых ладоней отпущу стаи древних птиц:

Крылья моих драконов встретят космический ветер.

Крик драконов возвестит безмолвию созвездий:

Рожденный вами сын вошел в Дом Восходящего Солнца,

Взял бразды правления и тяжесть Ответственности.

Галактики скажут: Да, свершится во имя твое.

– Я чужд вам, люди, но я один из вас. – Думал Роман. – Я впущу вас в свой дом, а будите ли вы там желанными гостями, зависит от вас.

Еще он думал о том, что все эти звезды доступны для него, о бездне своей второй темной половины души. Те малые крупинки счастья, что он мог подарить людям, не заполнят бездонной глубины смертельной пустоты его темного мира.

Как капли влаги, упавшие на раскаленный металл с шипеньем испарятся. Но человеческая сторона его сердца хранила надежду.

Из задумчивости его вывел голос:

– Отдыхаете, смотрю. – Возле Романа стоял молодой полицейский. Лет двадцать пять.

– Да, – ответил Роман, внимательно разглядывал человека, стоявшего возле него. В форме, полицейский, сержант. – А вы тоже вышли подышать воздухом?

– И это тоже. Служба у меня такая. Я здешний участковый.

 – Фуражка на голове сержанта лихо повернута чуть вбок. Ковбой в полицейской форме.

Сержант подошел ближе. Роман мог его разглядеть так как свет из окон соседнего дома упал на лицо сержанта. Молодой парень, карие глаза. Похоже, светловолосый. Да, короткие пшеничные волосы видны из под фуражки. Симпатичное лицо.

– Дозором обходите свои владения. Промеж земель сих бомжей и наркоманов отыскать пытаетесь?

– Кого отыскать? – Парень не понял. Пропустил слова Романа, вглядываясь в темноту в конце двора.

В отличие от молоденького сержанта, Роман мог видеть в темноте, даже чувствовать присутствие людей и животных.

– Там вы ничего дурного не увидите, – Роман кивнул головой в сторону кустов. – Ине думается не стоит их тревожить. Парень с девчонкой за теми кустками целуются. И ей нравится. Как думаешь, сержант, в шестнадцать лет это не запрещено?

– Если не заходит за пределы дозволенного. Это не самое страшное нарушение.