Родиния. Тайны бытия

Ковалева в сердце кольнуло недоброе предчувствие: заметила слежку за собой?

«Я подобрался к ней слишком близко. Она может затаиться и не прийти на явку».

Постояв еще немного, он отъехал в сторону.

Примерно через полчаса парень в свитере и девушка в вышиванке вышли из ресторана, но Ковалев решил, что не стоит продолжать следить за ними, дабы не привлекать к себе внимания, вспомнив, к тому же, что еще не приготовился к вечеру. На «свидание» нужно прийти с цветами, а их он до сих пор не купил.

В Киеве, как и в любом другом городе, большое количество цветочных магазинов. Он заглядывал в каждый, который попадался ему на пути, – всюду встречая огромный ассортимент, но, как это часто бывает, было всё, кроме того, что требовалось. Продавцы, – кто по-русски, кто по-украински, – предлагали ему взять белые лилии, но Ковалев догадывался, что цвет имеет какое-то значение. Ему нужны были золотисто-желтые цветы, – их-то он и искал, но все никак не мог найти. Потратив несколько часов на бесплодные поиски, Ковалев, наконец, сдался и купил букет белых лилий.

– Лучше прийти с ними, чем без них, – решил он. – Только бы это ни на что не повлияло.

Остаток дня Ковалев посвятил мысленному прокручиванию в голове ситуаций, которые могли сложиться в ходе встречи с агентом ФСБ.

Главное – чтобы она меня сразу же не раскусила. Если она догадается, что я вовсе не сотрудник конторы, тогда это осложнит все дело.

На тот случай, если не останется другого выхода, кроме как вывозить ее за город в бессознательном состоянии, Ковалев в какой-то ветлечебнице приобрел флакончик хлороформа.

В тот миг он почувствовал, что опасается вовсе не за свою жизнь, а за то, что если не выполнить задания, можно лишиться возможности прикоснуться к тайнам бытия…

Не располагая собственным опытом работы в спецслужбах, Ковалев вспоминал то, что рассказывал Стрелков, который некогда служил в ФСБ.

«За неимением ничего лучшего, и это сгодится», – думал он.

Вечером Андрей Ковалев ехал на явку. Как назло, весь центр города встал в «пробку». После рабочего дня офисные служащие и прочие городские обыватели разъезжались по домам.