Родиния. Тайны бытия

Решив, что больше нет смысла играть роль украинца, он обратился к первому попавшемуся водителю на привычном для себя русском языке.

– До города не подбросите?

Таксист, сидящий за рулем легкового авто, глянул на него как на врага и, отвернувшись в сторону, процедил сквозь зубы:

– Москаля не повезу.

Не ожидая такой принципиальности, Ковалев на мгновенье опешил, но тотчас же нашелся.

– А за двойную плату? – осведомился он. И тогда таксист, недолго думая, согласился, пальцем ткнув на заднее сиденье.

– Сзади, так сзади, – пожал плечами Ковалев, открывая дверцу.

– Куды вам? – осведомился таксист, выруливая с автостоянки.

– До первой станции метро, – отозвался Ковалев и не прибавил больше ни слова. Он предвидел, что украинец, не желавший везти москаля, не станет с ним откровенничать в пути. И действительно – таксист тотчас же включил радио, и всю дорогу Ковалев вынужден был слушать украинскую попсу. Впрочем, до Киева было совсем недалеко.

Такси вскоре въехало в город и остановилось возле какой-то станции метрополитена.

Содрав с москаля три шкуры, довольный таксист тотчас же двинулся в обратный путь, а наш герой спустился в киевскую подземку, где на поезде добрался до центра города. Остаток пути он прошел пешком, пока не достиг автопарка. Оттуда он выехал на привычной для себя Ладе десятой модели, взятой напрокат на пару дней.

День уже клонился к вечеру. Перекусив в первом попавшемся кафе, Андрей Ковалев, двигаясь по навигатору, вскоре подъехал к тому месту, где под именем Олеси Кравчук жила некая Евгения Сухарева.

Это был многоквартирный дом, во дворе которого и решил остановиться на ночлег Андрей Ковалев.

Сгущались сумерки. Вокруг было много людей. Прогуливались горожане, жильцы этого дома; чуть поодаль скамейки облюбовала молодежь; на детской площадке все еще резвилась ребятня. Однако никто не обращал внимания на человека в машине, припаркованной напротив одного из подъездов. Ковалев хотел и дальше поджидать свою «добычу», но перелет и усталость взяли свое, – его глаза неудержимо слипались, и он, будучи уже не в силах бороться с собой, забылся сном.

Лучи солнца скользили по стеклам автомобиля. Андрей Ковалев очнулся ото сна и посмотрел на часы: было начало восьмого. Он не без тревоги подумал о том, что мог опоздать и не сделать то, что должен был…

Еще раз прокручивая в своей голове разработанный план, теперь он торопливо шел к подъезду, в котором жила женщина с фотографии.