Конец «Сатурна»

– Действовать наобум и напролом мы могли, когда начиналась борьба. А теперь обязаны действовать только наверняка. Месяц, не меньше, и тогда мы отвечаем за все обеспечение вашего перехода в город.

Обсудив детали перехода, они продолжали разговор.

– Очень меня беспокоит гестаповская обработка городской молодежи, – сказал товарищ Алексей. – Мы благодарны вашим товарищам за передачу нам адресов боевых и надежных ребят. Они уже действуют по нашим указаниям. Но угроза создания из ребят карательного отряда не устранена.

– Кравцову приказано сделать все для срыва этой затеи гестапо, – сказал Марков.

– Выполнить такой приказ нелегко… – Товарищ Алексей помолчал и спросил: – Вы знаете, что вблизи города находится штаб и подсобные хозяйства генерала-предателя Власова?

– Знаю.

– Случайно, вашего человека там нет?

– Есть. Только недавно направлен.

– Он такой рыжеватый парень? – спросил товарищ Алексей.

– Да, – ответил Марков, понимая, что речь идет о Добрынине.

– Значит, верно. Я тоже послал туда своих людей. И они натолкнулись на вашего парня. Почему-то они сразу догадались, что он от вас. Это меня встревожило. Посоветуйте-ка ему вести себя потоньше.

– Хорошо. Спасибо, – рассеянно произнес Марков и спросил: – А может, отозвать его оттуда, чтобы он не мешал вашим?

– Не надо, – возразил товарищ Алексей. – Дело в том, что моим людям закрепиться там не удалось, а ваш вроде уже прирос. Пусть только потоньше действует.

Посадочная площадка была приготовлена на лугу, примыкающем к лесу. Из кромешной тьмы то и дело появлялись какие-то люди, которые, узнав товарища Алексея, здоровались с ним и исчезали.

– Привет товарищу Алексею! – перед ними возник, бородатый дядька громадного роста.

– А-а! Начальник аэродрома. – Товарищ Алексей протянул ему руку.

– Порядок. Костры разложены, находятся в минутной готовности. Посты наблюдения на месте.

– Охрана выставлена?

– Мышь не пролезет.

– Мышь – ладно, а немец? – рассмеялся товарищ Алексей. – Раненые где?

– Вон там, в кусточках.

Секретарь обкома и Марков прошли к раненым. В темноте белели бинты повязок.

– Как настроение, товарищи?

– Плохое, – последовал ответ из-под куста. – Зачем нас отправляют? Ну, кто тяжелый – ладно.