«V» значит Выкуси, или Исповедь одного автора

– Нет, – выдохнула прямо в ненавистное лицо и тут же отстранилась. – Пусть тайна останется тайной, – смягчила отказ улыбкой.

– Люблю разгадывать загадки, – тихо произнёс мой собеседник, а в бархатистом голосе проступила волнующая хрипотца.

Он что, решил, будто я с ним флиртую? Вот евражка! Хотя… это его проблемы.

– Вы какая-то другая сегодня… – переключился Марьянов на новую тему.

– Какая? – ответила вопросом на вопрос.

– Не знаю. Просто другая…

– Выспалась, наверное, – нарочито безразлично пожала плечами.

А ещё разработала план мести. Но тебе, дружок, знать об этом не обязательно.

– Наверное… – протянул он с такими интонациями, что стало ясно, что думает совершенно иначе. – Не видел, как вы пошли в аудиторию, – снова сменил тему Марьянов. – Где вы сидите?

– В первом ряду, – оскалилась я ещё сильнее, хотя щёки и так болели. А чтобы пресечь дальнейшие поползновения этого нахала в мою сторону добавила: – Рядом мест нет, – радости в голосе скрыть не удалось.

Марьянов снова прищурился.

– Я вам не нравлюсь, верно?

О, да! Наконец-то дошло!

– Какое тонкое наблюдение…

– Не расскажете почему?

– А вы не догадываетесь?

– Нет. Прошу, просветите меня. Только честно.

– Ладно. Я читала ваши книги, – с каким-то мстительным удовольствием выдала это признание. Но, оценив изумление, мелькнувшее в серебристых глазах, добавила: – Да-да, представьте себе.

– И какие выводы сделали вы?

– Что ваши работы до боли вторичны.

– Странно, в статьях писалось, что в них чувствуется новизна, свежесть. А сюжеты идут в ногу со временем…

– Вам польстили.

– Допустим. Но всё равно не понимаю. Разве можно судить о человеке исключительно по его работам?

– Шутите? Это же открытая дверь в подсознание!

– Но при нашей первой встрече у меня сложилось впечатление, что я вам симпатичен.

– Показалось. Бывает.

– Что ж, тогда не буду вас больше задерживать, – сухо отозвался Марьянов и ушёл, а я осталась стоять на месте с пустым стаканчиком от кофе в руках.

Не знаю, как так получилось, но после этого разговора меня почему-то стали мучить угрызения совести. Вроде бы и дала мерзавцу заслуженный отпор, а чувствовала себя виноватой. Наверное, потому, что не привыкла разговаривать с другими людьми в таком тоне.