Амазонка

Сделав непонятные волнообразные движения, она опустилась на щиколотку, поглаживая и продвигаясь выше и выше по ножке, пока снова не скрылась за спинкой кресла.

Я нервно сглотнул, представив, чего эта ручка сейчас достигла, и чего достигнуть было так необходимо мне. Я словно наяву видел, как энергия женского начала наполняет мой истосковавшийся по ней резерв. Эти чувства для меня были сродни блаженству. А может, я ничего не понимаю? Возможно, эти самые ощущения и есть те самые, которые испытывает каждый мужчина от близости с женщиной? Но нет, я же не раз слышал рассказы и впечатления Бараля, других демонов, и они совершенно не схожи с моими.

И почему я сейчас об этом думаю? Женщина пытается меня соблазнить, завести, и мне, чёрт возьми, нравится её представление, но думаю я о близости только, как о возможности пополнить магический резерв, а не о чём-то, приносящем экстаз. Мне бы быстрее приступить к делу, не тратя время на ненужные прелюдии, но женщины, существа странные, им необходимы касания, поглаживания, поцелуи… иначе они не смогут настроиться на нужную волну, соответственно отдавая мало энергии.

Незнакомка продолжала свои чувственные заигрывания, попеременно выставляя напоказ разные части своего стройного и подтянутого тела. Особенно меня впечатлили ягодицы, прикрытые полупрозрачной воздушной тканью, мне захотелось впиться в них ладонями, сжать, почувствовать их упругость и округлость. Но я так и не видел лица, предполагаю, что именно в нём кроется изъян этой «особенной» женщины, ведь все остальные части тела у неё более чем в полном порядке, любая демоница позавидует.

Я бесшумно подбирался к креслу с прелестницей, намереваясь тоже вступить в игру, мне надоело быть зрителем, я хотел стать актёром, играющим главную роль.

– Так кто ты? – задал вопрос я, вплотную приблизившись к креслу и взирая сверху вниз на тёмно-рыжую макушку женщины, от которой, блестящими волнами спускались волосы, плащом закрывая почти всю спину и скрывая лицо.

– Ты немая? – задал я следующий вопрос, наклонившись к ней и вдохнув тот же сладкий аромат азалий, что витал по всему помещению, исходя от её волос и кожи.

Захотелось лизнуть её острое, бронзовое плечо, проступающее сквозь шёлк волос, оно должно быть такое же сладкое, как и её запах.