Секрет Виктории. Лабиринт судьбы

Я лихорадочно соображала, что же такого сказать. Про то, что опять попала не туда, нужно молчать это точно.

– Дверь была не заперта, – нагло соврала я.

– Даже так? – скорее всего, принц мне не поверил, но не стал допытываться. – Тогда такой вопрос. Как ты попала в библиотеку? –  его глаза сканировали меня не хуже рентгена. – Ведь даже горничным туда вход закрыт. Да и стража на входе. Я жду честного ответа.

– Я новенькая, мне сказали стереть пыль, – промямлила я, стараясь сделать честные глаза, – спокойно прошла, когда стражники спорили, –  я ведь не видела, кого они не пустили, поэтому нужно врать аккуратнее.

Принц изогнул вопросительно бровь и ухмыльнулся. Ох, не к добру это все! Также, не выпуская мою конечность из захвата, Ангелиос скользил взглядом по моему лицу. Остановил его на моих губах.

В горле вдруг ужасно пересохло, и я нервно облизала губы и сглотнула. Мужчина уловил мои эмоции и стал медленно наклоняться. Заворожено смотрела, как его губы приближаются и едва касаются моих.

Его губы нежно касались моих. Еще принц очень близко притянул меня к себе. Практически впечатал в свое тело. И в этот момент, птица впилась когтями в мое плечо с такой силой, что я отпрыгнула от мужчины.

– Ауч! – воскликнула я.

– Что такое? Не понравилось? – его ехидная улыбка вызвала во мне волну злости. На себя в первую очередь и на него тоже.

– Не смейте так никогда делать! – тяжело дыша, сказала я.

– Как так? Не целовать тебя? – он начал медленно, словно хищник надвигаться на меня.

В дверь постучали и, не дождавшись ответа, в комнату влетела та самая девушка. Она пылала праведным гневом. Тяжело дыша, буравила нас недобрым взглядом. Потом, видимо, опомнилась и, скорчив брезгливое лицо, посмотрела на меня.

– Ты уже нашел эту нахалку? – повернувшись в сторону младшего принца и поджав губы, вскинула она пренебрежительно руку в мою сторону.

– Что произошло? – зло выплюнул Ангелиос. – И по какому праву, вы вошли в мою спальню без приглашения?

Девушка поменялась в лице, ее губы задрожали, на глаза навернулись слезы. А мне смешно стало, да так, что я, хрюкнув, засмеялась.

– Простите, – прикрыла я лицо, – это нервное.

– Ангелиос? Почему ты так со мной разговариваешь? – совсем растерялась дева.