Невеста Хэллоуина

– Ну что, девчонки, – подал он голос. – Идите в кухню, пока я переоденусь.

– Хорошо, милый! – прощебетала Карина. – Пойдём пить чай!

– Вот что за привычка за руки хватать и тащить меня? Я и сама ходить умею, – пыталась я вырвать свою конечность у подруги.

– Да не ворчи, – Карина чувствовала себя на кухне Игната как на своей. – Меня не было полгода, а ты так и не изменилась.

Стараясь улыбается, приняла у Кариши чашку с чаем. Поставив её, демонстративно посмотрела в экран смартфона, делано ужаснулась.

– Ой! А время-то уже много, могу не успеть. У меня билеты уже куплены.

Подскочив со стула, кинулась в прихожую, хватая сумку с вешалки и моментально заскакивая в свои туфли прямо-таки на лету.

– Всё! Я понеслась, сегодня новая серия «Фиксиков» в кинотеатре, чао, фантики! – воздушный поцелуй в сторону подруги, и я уже вылетаю из подъезда.

Как так? Игнат и Карина! Мы же полгода как раз и встречались, а он… Сказал же, что расстались… а теперь вот и замуж её позвал.

Приземлившись на лавочку, достала салфетки и зеркальце с намерением привести себя в порядок. Из отражения смотрели грустные карие глаза, тушь растеклась, помада сливового цвета тоже немного размазана.

– М-да, – протянула я. – Красотка, – улыбнулась своему отражению.

– А почему сарказм в голосе? – послышался вопрос справа от меня.

Вздрогнув, резко подняла глаза и столкнулась взглядом с зелеными глазами парня лет двадцати пяти в зеркальной глади.

– Даже не знаю, – принялась стирать тушь.

– А как по мне, так очень даже красотка, – подмигнул мне в зеркальце нахал.

Не обращая внимания на его взгляд, стёрла тушь, помаду. Убрав зеркальце, обернулась, а парня и след простыл.

– Что за чертовщина? – произнесла вслух.

– Прям вот так сразу и догадалась, – буквально из воздуха возникая передо мной, усмехнулся брюнет, у которого на голове красовались рога.

– Господи! – воскликнула я в ужасе, зажмуривая глаза. Надо же такому привидеться!

– Не, ты уже определись, чертовщина или Господи! – засмеялся он.

– Что Вам от меня нужно? – попыталась подняться с лавочки, а ноги совсем не слушались и вставать отказывались.