Эфириус. Битва за рай

Но спонтанно… в нетрезвом состоянии… не оставив после себя улик… да ещё обставив дело как следствие природного катаклизма… Я поражена! И сгораю от любопытства!

– Женское воображение поистине безгранично, – невозмутимо парировал Шон. – Придерживайся фактов, Лана.

Кабинка лифта коротко дёрнулась, остановилась.

– Надо же, как удачно. Шон, уже отбрехался? – весело заявил одетый в чёрный костюм-тройку Берд и присоединился к нам. – Дай-ка пожать твою руку. Торнтону уже давно надо было настучать по ушам. Совсем зазнался сморчок.

Лана заливисто расхохоталась, а Шон закатил глаза.

– И почему все считают, что это был я?

– А кто же ещё? – удивился Берд. – Я собирался пырнуть эту консервную банку при случае, но теперь обожду… О, а кто это тут у нас? – переключился он на меня, словно только заметил. – Наш новый Кристофер Нолланд… Надо же… Такая маленькая, с виду надломится – только дунь, а столько силищи! Надо было мне вас с Разрушителем фантазий на пару перетащить в свой отдел. Вот было бы развлеченьице, – он осклабился, сверкнув чудовищными клыками.

Шон притянул меня поближе к себе и с нажимом сказал:

– Полегче с моей напарницей, Берд. Она ещё не привыкла к твоим звериным манерам.

Тот хохотнул.

– Шон, везучий пройдоха! Что, отхватил золотое яичко вместе с курочкой, которая его снесла, а теперь никого к ней не подпускаешь?

Я обхватила плечи руками.

– Избавь нас с Кариной от своих низкопробных шуточек, Берд, – поморщился Шон. – Ты не в кабаке.

– Да ладно тебе. Это же правда. А ты, кучеряшка, – он втянул носом воздух, вдыхая аромат моего тела вместе с парфюмом, и сыто улыбнулся, – должна мне свиданьице.

– Я ничего не должна вам, Берд.

Он демонстративно выпустил длинные острые когти на правой руке, почесал светлую бороду и угрожающе прорычал:

– Да ну?.

От этого зрелища внутренне вздрогнула. Тем не менее с достоинством произнесла:

– Вы достаточно развлеклись за мой счёт, пока я гонялась за золотыми бобами. Хорошего понемножку. – И замолчала, мысленно готовясь отражать любую атаку.

Но зверское выражение лица Берда снова превратилось в дружелюбное.

– Так ты в курсе наших проделок? – Проделок?..