Жених с подвохом

Я обернулась, мужчина уже успел переодеться в василькового цвета рубаху, которая подчеркивала голубизну его глаз и свободного кроя брюки, из-под полы которых, виднелись сандалии, чем-то напоминающие обувь римских легионеров.

– Что это все значит?! – потребовала объяснений от мужчины.

Его взгляд ничуть не изменился, и словно профессор в лектории, он продолжил:

– Связующая руна – первая в цикле брачного обряда. Она связывает мужчину и женщину. Помогает им понять, насколько они подходят друг другу. Если партнёры выбраны правильно, то руну обновляют и добавляют клятвенные руны, а затем всё зависит от отношений.

Если же жених и невеста захотят стать мужем и женой, то им нужно лишь провести обряд инициации.

– А если не захотят? – тут же спросила я.

– А если не захотят, то …– начал было свои объяснения профессор.

Но его перебила Кхира:

– Лекции свои будешь в семинарии читать, а у нас тут дело, не требующее отлагательств, забыл?

– Кхира Бертрамовна, – нисколько ни смущаясь такой дерзости, продолжил профессор, – во-первых, не помню, чтобы мы переходили на ты.

А во-вторых, позвольте вам напомнить, что это вы пригласили меня, а не я к вам в гости напросился.

Такой ответ с кого угодно собьет спесь, я даже открыла бы рот от удивления, если бы проклятая жажда, не заставляла сглатывать постоянно набравшеюся слюну.

Бертрамовна? Не удивительно, что родители так её назвали. Хм… значит эти двое уже знакомы.

Кхира Бертрамовна набрала воздух в легкие, потихоньку выдохнула и продолжила:

– Ермил Финистович, прошу, – и протянула руку в сторону входа в центральную пещеру.

Ну, точно знакомы. Ермил Финистович? Вот это имена, я же просто Александра Олеговна, ничего особенного. Интересно, а как же зовут Велесова?

Глава 8

Мы вошли в свод центральной пещеры. Воздух здесь был тяжелый, пропитанный сыростью. Я даже поморщила нос. Кхира Бертрамовна взяла факел, вручила профессору такой же и подожгла. Стены тут же приковали моё внимание. На них была представлена наскальная живопись, только сюжеты мне были незнакомы.

Изображения представляли собой определенную систему: Солнце, Луна, Земля, много различных писаний на разных языках, человек, напоминающий Витрувианцкого, какие-то непонятные метаморфозы, и я бы задержалась их рассмотреть, но только госпожа Бертрамовна, постоянно меня одергивала и торопила.

Мы остановились, перед нами открывались два прохода. Профессор спросил:

– Где вы его оставили?

Химера показала на правый проход.