Эфиррия

Он как дикий варвар бросил жену на постель, сверкая безумием в глазах.

– Встань на четвереньки, – сипло вытолкнул, наблюдая, как Эвелина разворачивается к нему своей умопомрачительной попкой. – Раздвинь ноги, – ещё один приказ и молчаливое, беспрекословное выполнение его любимой.

Задрав юбку вверх и закинув прозрачное полотно на девичью спину, ладонями накрыл женские ягодицы. Жадно сжал и дрожащей рукой опустился вниз, меж ног жены. Кристэн ласкал любимую, отчего она, прогибаясь в спине, стонала, подавалась бёдрами навстречу его пальцам, потирающим женское сосредоточие удовольствия.

– Не могу… пожалуйста… – сорвалась мольба с её губ, разрушая в прах самообладание Кристэна.

Ошалело перевернув Эвелину на спину, закинул её ноги на свои плечи и под обоюдный стон качнул бёдрами, насаживая любимую на свою плоть.

Резкие, сумасшедшие движение, лихорадочные ласки не длились долго. Слишком велико было желание. Их выгнуло на пике ярчайшего удовольствия, ввергая в экстаз, срывая с губ женский стон и протяжное рычание Кристэна.

– Я так скучала, – прошептала Эвелина, заглядывая в глаза мужа. Едва они отдышались, как Кристэн уложил её на свою грудь, и она оплела его руками и ногами, стремясь продлить этот момент единения. Кожа к коже, сердце к сердцу.

– Я тоже, моя льяна. Безумно скучал, – отозвался Кристэн, поглаживая любимую по взмокшей спине.

– И не засматривался на других? – она вскинула голову, требовательно всматриваясь в глаза мужа.

Хохотнув, Кристэн перевернулся, опрокидывая любимую на спину. Рывком поднялся и, подхватив супругу на руки, устремился в купальню.

– Поверь – не засматривался ни на кого, – жарко шептал, ставя её у широкой каменной ванны. – Только ты в мыслях, в сердце, в душе. Ну а наряд и знания… дорогая, у мужчин есть свои источники информации.

Купание неизбежно закончилось бесстыдными, жаркими ласками и соединением двух любящих людей.

Тихое, едва слышное сопение супруги, котёнком устроившейся под боком, убаюкивало Кристэна, умиротворяло. Он зевнул, погладил Эвелину по спине, спустился вниз и, огладив, чуть сжал ягодицы любимой.