Академия четырёх стихий. Волшебство на кончиках пальцев

– Виктор…

– К тебе или ко мне?

– Ко мне… – выдохнула устало, натолкнувшись на бескомпромиссное выражение его лица.

– Отлично, – довольно улыбнулся огневик, а наш общий приятель покрутил у виска пальцем.

Распрощавшись с Марком, который забрал чемоданы Виктора, напоследок пробормотав: «Вы друг друга стоите», мы направились к выходу со станции. Нашли безлюдное местечко, и огневик открыл первый портал. Мы взялись за руки и с горящими энтузиазмом глазами шагнули в него.

Зато когда выбрались из двадцатого, энтузиазма не было и в помине.

Меня мутило, шатало из стороны в сторону, и, если бы не поддержка Виктора, я бы точно рухнула в ближайший сугроб, прикинувшись белячком на льдинке.

– Я тебя урою, Миранда. Спрашивал же, нужен ли перерыв подольше.

– Всё хорошо, – простонала я, стараясь не сильно заметно шататься, но выходило неважно.

– Я сейчас, сейчас… Только переведу дух, и мы продолжим…

Перед глазами всё кружилось, в горле стоял ком, а лобовое столкновение с покрытым ледяной коркой асфальтом отчего-то стало казаться таким притягательным.

Эх, можно было бы полежать, подремать…

– Вся зелёная, а харахорится, – яростно рыкнул Виктор и подхватил меня на руки. Вот только из-за громоздкой шубы ему это удалось далеко не с первой попытки. – Надо было тебя оглушить, перевязать бантиком и доставить по адресу. А чтобы не рычала, засунуть в рот шоколадку.

– Что? – возмутилась я, но очень вяло. – Ты бы ни за что не посмел так со мной поступить!

– Разумеется, не посмел бы. У тебя потом все губы были бы в шоколаде.

Целовать невкусно.

Состояние было на редкость паршивым, но после этой ремарки я всё-таки улыбнулась.

Даже злющий Виктор был в своём репертуаре.

Мы сидели на скамейке в запорошенном снегом парке. Я жевала пастилки от укачивания, которые позаимствовала у целителей в академии, и озирались по сторонам.

Повсюду сновала весёлая ребятня в разноцветных пуховиках. По дорожкам катались лыжники, девчонки в коротеньких юбочках, красивые пары кружились по льду на коньках.

Мамы с колясочками, как и мы, сидели на лавочках, а их непоседливые детишки лепили из снега рычащих драконов, пузатых снеговичков и задорных Снегурочек. А вдалеке…

Вдалеке виднелись сиявшие новогодними огнями торговые центры, башни купален, куда мы с девчонками раз в месяц наведывались, золотые врата зоопарка и прочее, прочее, прочее. Всё было таким знакомым и в то же время чужим.

– Что с тобой? – тихо спросил Виктор, уловив перемены в моём настрое.